Последний мазок лег на холст легко и уверенно, словно здесь и был. Я положила кисть в банку с растворителем, вытерла тряпкой руки и отступила назад.
Картина. Рубиновые пятна – сарафаны девушек, бегущих к морю, насыщенная лазурь и опалово-белесые перья – полуденное южное небо, сапфировые штрихи и капли цвета индиго – лениво набегающие волны. Игра света и тени. Насыщенные, взрывающие сознание цвета. «Ни с чем не сравнимый и несравненный стиль Елизаветы Арбент…» Мой стиль.
Я подошла к влажной от масла картине. Макетный нож был не очень острый, но для моих целей вполне годился. Двумя взмахами крест накрест я разрезала полотно. Новенький холст поникшими крыльями обвис на деревянной раме.
Всё. Конец. Заголовки газет… «Яркая звезда на небосклоне современного импрессионизма закатилась», «Последняя картина Малиновой Лиз», «Клод Моне может спать спокойно».
Это действительно всё. Я больше не умею писать. Я не могу нарисовать даже школярский натюрморт, не говоря обо всем остальном. Я потеряла свой свет.
Когда-то он дышал, он двигался в моих картинах. Он заставлял неискушенную и искушенную публику глотать застрявшие в гортани слова, в немом упоении замирать перед полотном. Неотрывно следить за дрожанием крыла тонконогой бабочки, падением капли с переполненного влагой изумрудного листа, вздохом женщины, посланным вдогонку белой черточке паруса.
Это была я. Это был мой свет. Это были мои картины. А теперь ничего нет. Все исчезло.
Я сделала несколько шагов назад, опустилась в плетеное кресло. Пятна солнца – теплые кусочки шали легли за плечи. Потянулась за сигаретами, закурила.
Что-то неудобно ткнулось в спину. Мобильник. Уже набирая номер и слушая длинные гудки, я поняла, кому звоню. Мария… Машка… Пусть так. Давно пора было рассказать ей. А еще Володе и Мирославу.
Семь месяцев молчания, семь месяцев отчуждения, семь месяцев погружения в себя. Но теперь пора…
Золотые росчерки лучей делили столик на четыре неравные части. Небольшой навес уличного кафе не спасал от яркого майского солнца. Мы сидели на плэнэйре. Двое: я и Мария.
Машка теребила бумажную салфетку, выстукивала ложечкой арию тореадора, нервно отхлебывала из тонкой пиалы земляничный чай со сливками. Я смотрела на нее, сто лет знакомую, двести лет близкую и вспоминала, как все начиналось…
Хрупкая девушка с волосами цвета мокрой соломы; канареечное платье и нелепые накладные плечи. Робко переминаясь, стоит на пороге Гнесинского музыкального училища. «Я не поступлю. Ох, я не поступлю… Приехала поступать и не поступлю». Рядом невзрачная русоволосая девчонка с мольбертом под мышкой и новыми красками в полиэтиленовом пакете. «Все будет хорошо, вот увидишь. Я же слышала, как ты поешь!» Забавный пухлячок встревает в разговор: «Не дрейфь, старушка! Ты будущая звезда эстрады!» «Почему только эстрады? – возмущается девушка. – Я потом на джазовое пойду». Все хохочут. «Поступишь ты. Ничего не бойся, - ласково произносит долговязый нескладный парень. – Феноменально красиво сейчас распевалась».
- Здорово, старушки! Как жизнь молодая?
Володька. Пролетел ураганом, чмокнул меня в щеку, Машку в нос. Плюхнулся на стул.
- Лизетта, какая блузочка! Пикассо лично расписывал? Безумно идет к твоим восхитительным очам. Мария! А ты у нас нынче платиновая блондинка? Поздравляю, ты снова в моем вкусе. Ну что, девочки, мы вместе? Обиды забыты, скелеты вытащены из гардеробов, обмыты и похоронены?
Я рассмеялась. Если кто из нашей компании совершенно не изменился, так это он. Все те же средней потертости джинсы, клетчатая рубашка навыпуск и чувство юмора, которое не покинет его даже в Сахаре в компании оголодавших львов.
- Нет, Вовчик, обмениваться скелетами мы будем прямо сейчас, для того и собрались. Но без Славки не начнем, так что заказывай свой эспрессо и поддержи беседу о метеорологических сводках.
- Лиз, красавица, ты еще помнишь, что я люблю эспрессо? Она никогда ничего не забывает, а Машка? За то я ее и люблю.
Мария заерзала на стуле, отхлебнула из пиалы.
- Не дури голову, Володь. Никого ты не любишь, кроме себя.
- Маш…
- Ничего, Лизетта, не вступайся. Я не гордый, переживу.
Володька откинулся на спинку стула, подозвав официанта, сделал заказ. За его спиной возник Славка.
- Привет!
- Ага, а вот и наш апологет, - радостно констатировал Вовчик. – Добро пожаловать.
Мирослав пожал протянутые руки и занял последний, четвертый стул.
- Ребят, как же я по вам соскучился, - вздохнул он, оглядывая каждого.
Володька, собиравшийся было высказать очередную бравурную сентенцию, вдруг заткнулся, опустил глаза. Рядом неожиданно громко всхлипнула Машка.
- Как же я рада всех видеть, - шепнула она. – Полгода ведь…
Две теплых прозрачных капли стекли с ее носа и булькнули в земляничный чай. Я полезла в сумку за сигаретами.
- Э-э, солнышко, не плачь, - Вовчик, погладил сжатый машкин кулачок. – Мы же собрались… смотри, наплевали на все обиды и собрались. И это здорово.
Он принял от официанта кофе, бросил туда три кусочка коричневого сахара и достал слегка помятую пачку «Davidoff».
- Ну что, обойдемся без долгого вступления? – спросила я, уже понимая, что кроме меня начать предстоящий разговор некому.
Машка кивнула, Володька выпустил изо рта одно за другим три аккуратных колечка. Славка, отвлекшись на секунду заказать себе «эрл грей» с лимоном, взглядом дал понять, чтобы я говорила.
Мой капучино в чашке давно остыл. Маленький глоток показался ледяным.
- Думаю, все основное я уже сказала по телефону. Вчера окончательно убедилась, что разучилась рисовать. Нет, я по-прежнему умею брать рискованный ракурс, пользоваться раздельными мазками, создавать рефлекс – любимые отцветы неба. Но в моих картинах больше нет света. Я пишу как старательный подмастерье, хорошо, грамотно и… бездушно.
- Понимаю, - прошелестела рядом Машка. – У меня так же. Беру чистейшие ноты, добавляю роскошных обертонов, а выходит тускло, мерзопакостно. Сначала заметила сама, через месяц – концертмейстер, теперь… теперь я вообще не могу петь, потому что слышат все.
Володька бросил окурок в пепельницу.
- Именно. Ваяю какую-то хрень. Пустота, вымученность, сушняк. Сдал последний роман, звоню издателю. Он: «Володь, ты в запое это писал? Иди, отдохни, соберись с силами и выдай мне что-нибудь приличное, в твоем стиле». Может и правда упиться в сосиску? Может тогда мысль пойдет? Да нет, я знаю, вдохновение – удел фиговых писак, надо просто садиться и работать. Ну работал до потери пульса, ничего не шло, ни единой строчки. Смотрю в пустой экран и все. Выключаю комп, иду спать. Просыпаюсь, включаю, смотрю в пустой экран, выключаю. И так месяца три. Пересилил. Сел, заставил себя. И что? Отстой полный. Каждое слово в отдельности – бриллиант, мастерпис, а вместе – сборник дешевых анекдотов.
Он зажег следующую сигарету (Машка поморщилась), не глядя на Славика бросил:
- Ну что, ты у нас единственный по этой части, давай, как-нибудь объясни что происходит?
Я взглянула на Славку. Причудливая серебристая бледность медленно заливала его лицо.
Он всегда был самым странным из нас. Когда Мария поступала в Гнесинку, я – в художку, а Володя в литинститут, Славка сдавал экзамены в Московскую духовную семинарию – в советское время уникальное заведение. Затем последовали заочные библейские курсы и что-то еще. А потом он стал известным. Как и все из нашей четверки. Журналисты называли его апологетом, иногда апостолом, но для нас он остался Славкой… Славкой, подарившим свет.
Мы трое смотрели, молчали и ждали… Чего? Очередного увещевания? Молитвы? Чуда? Только одно желание ныло в опустевшем сердце – вернуть утерянное дыхание света.
- Это началось семь месяцев назад, я прав? – голосом глухим, словно шум дальнего дождя, спросил он. – В тот день, когда мы все поссорились?
Я оглянулась на Марию, Володьку.
- Да.
- Из-за чего мы тогда переругались? – недоуменно покачала головой Машка.
Мирослав отставил в сторону чашку, опустил лоб на скрещенные руки. Бледность проступила еще сильнее.
- Простите меня, это я виноват, - прошептал он.
- Что?!
От удивления Вовчик выронил из пальцев сигарету, уже не стал поднимать, раздавил тлеющий кончик.
- Я слишком хорошо помню, из-за чего мы поссорились, - прошептал Мирослав. – Из-за моего «везденоссующего Бога». Так вы его назвали? Неважно… Тогда все и случилось. Я решил, что больше не потревожу никого из вас. Что никогда не произнесу ни слова о Боге или о своих делах. Я был уверен, это правильно, решил, что все кончено. Если за двадцать лет я не смог показать вам настоящий Свет, а не Его отголоски, то и в следующие двадцать ничего не изменится. И я оставил вас. Перестал молиться, перестал верить в вас. Верить в нас. В нас четверых. А теперь… я тоже потерял свой свет.
Лучи солнца, пробравшиеся под навес, скрылись за широким пером облака.
- Ты не мог лишиться света. Твой свет, он всегда с тобой – пробормотала Машка. – Он же внутри. Это у нас по-другому. Ты сам говорил…
Мирослав поднял глаза, два изумруда обожгли меня снопом огненных искр.
- Каждый несет в себе дыхание Бога. Каждому Он дает свой свет. Каждый может принять или отвергнуть Его дар. Моим даром были не слово, не песня, не цвет. Моим даром была любовь к вам. Но я сам этого не знал до вчерашнего дня. Я думал о великом Свете и забыл свет малый. Когда позвонила Лиз, все встало на свои места. Точнее все рухнуло. После той ссоры свет потерял свою силу. И я не знаю, чем его восстановить. Простите меня.
Во рту появился привкус крови. Я с удивлением обнаружила, что нещадно искусала себе губу. Машка сидела, опустив нос к полу, Вовчик ковырял кофейной ложкой потушенный окурок.
Наверное то, о чем мы сейчас говорили, это бред. Бред для любого, кто мог нас слышать. Для любого непосвященного. Но мы-то понимали. И не имели оправдания. Потому что однажды коснулись Света и ощутили на себе Его вздох. Но не сохранили… Случившееся теперь, было просто следствием, и Мирослав здесь совершено не причем.
Я отодвинула стул, встала. Зеленые глаза смотрели на меня устало и печально. Я положила руки Славке на плечи, заглянула в глубину драгоценных измарагдов.
- Нет, Слав. Ты веришь в нас, раз пришел сегодня. Машка права, твой свет всегда с тобой. И мы будем ждать. Как ждали тогда, двадцать лет назад. Может быть, он вернется. И, может быть, на этот раз мы не ограничимся лишь Его легким дыханием.
Четыре золотистых луча прорезали бледно-молочное облако и упали на наш столик. Я глубоко вздохнула...
Юлия Степанова (псевд. Юстина Южная),
Россия Москва
По образованию и профессии литературный редактор. По зову души писатель. По жизни христианка.
Библиография:
"Визажист" (рассказ) - журнал "Реальность фантастики", №6 - июнь 2007 г., Киев
"Правдивая ложь" (статья) - газета "Вечный зов", февраль 2006 г., Санкт-Петербург (http://www.vzov.ru/2006/02/09.html)
"Лестница в Детство" (рассказ) - журнал "Благодатная семья", №4(92), 2004 г., Московская обл.
Понравилось, безо всяких "но" . Единственный на конкурсе рассказ, который затронул глубоко и написан, написан-то как здорово!!!! Спасибо!
Владимир
2006-05-11 14:05:06
Ну вот они долгожданные работы =))
Светлана Капинос
fedor11@mail.ru
2006-05-11 14:33:56
Этот рассказ более всех заставил меня размышлять.
Боюсь, что моя оценка будет глубоко субъективной и ни в коем случае не является абсолютной истиной (что бы я ни говорила!)
Так как рассказ не стандартен, то и я отойду от своей «нумерации», буду писать «по впечатлениям».
Прежде всего, что бросилось в глаза, так это невероятно колоритный и образный язык автора. Могу сравнить его разве что с великолепно писаной маслом картиной, о каковых в рассказе упоминается!.. Просто чудо! «Влюбуйтесь» в эти эпитеты:
опалово-белесые перья
сапфировые штрихи и капли цвета индиго
взрывающие сознание цвета
влажной от масла картине.
Новенький холст поникшими крыльями обвис на деревянной раме
тонконогой бабочки
белой черточке паруса
Пятна солнца – теплые кусочки шали
Золотые росчерки лучей
с волосами цвета мокрой соломы
средней потертости джинсы
Причудливая серебристая бледность медленно заливала его лицо
Лучи солнца, пробравшиеся под навес, скрылись за широким пером облака.
Отдельное слово о персонажах. Все образы чрезвычайно колоритно выписаны поистине с художественным мастерством!
Лиза, Машка, Володя, Мирослав… Каждый – индивидуальность, и, вчитываясь, словно видишь перед собой всех четверых молодых людей.
Володька-ураган, и вдруг, точно ушат ледяной воды: «- Не дури голову, Володь. Никого ты не любишь, кроме себя», - замечание Маши.
Как восхитительно тонко подмечено!
А как переданы чувства через полгода после ссоры встретившихся друзей?
«Только одно желание ныло в опустевшем сердце – вернуть утерянное дыхание света».
У них не получилось быть по раздельности!
Лично меня это «утерянное дыхание света» тронуло до глубины души… АВТОР, кто бы Вы ни были – спасибо Вам огромное за доставленное мне Вашим рассказом удовольствие!
Это были мои, так сказать, эмоции. Перейду теперь к идейной части рассказа.
Вот, на мой взгляд, основные мысли сего произведения:
Мирослав: «Если за двадцать лет я не смог показать вам настоящий Свет, а не Его отголоски, то и в следующие двадцать ничего не изменится. И я оставил вас. Перестал молиться, перестал верить в вас. Верить в нас. В нас четверых. А теперь… я тоже потерял свой свет».
«- Каждый несет в себе дыхание Бога. Каждому Он дает свой свет. Каждый может принять или отвергнуть Его дар. Моим даром были не слово, не песня, не цвет. Моим даром была любовь к вам».
Главная героиня Лиза: «Ты веришь в нас, раз пришел сегодня. Машка права, твой свет всегда с тобой. И мы будем ждать. Как ждали тогда, двадцать лет назад. Может быть, он вернется. И, может быть, на этот раз мы не ограничимся лишь Его легким дыханием».
Одно слово возникло во мне по прочтении этого рассказа: НАДЕЖДА.
Ну а теперь уж совсем-совсем личное, с которым автор и читатели имеют полное право не согласиться.
Художница…
Певица…
Писатель…
Теолог…
Получается, что пока теолог молился за друзей, Божий свет пребывал с ними, каждому давая вдохновение в его области, а как только друзья рассорились, и обиженный теолог перестал молиться за своих друзей, так Божественный свет оставил всех…
Можно дать ещё такое толкование. Обида, пролегшая между всей четвёркой, лишила их талантов. Тогда причём здесь молитвы Мирослава?
Понимаете, друзья, нельзя иметь благословение через КОГО-ТО. Хоть это и очень приятная мысль: кто-то за тебя молится, и ты преуспеваешь, но в корне неверная!
«Ибо Един Посредник между Богом и человеками – Человек Иисус Христос». И всё!
Вся эта четвёрка могла напрямую приходить к Богу-Отцу посредством Его Сына, и причём здесь молитвы теолога-Мирослава?
Друзья собираются ждать сколько нужно возвращения своих талантов… А надо ли ждать? Или можно по-другому, по-христиански?
Лично я не жду, кто бы за меня помолился, а иду напрямую к Отцу во имя Иисуса Христа. Без личных отношений с Господом невозможно быть вере.
В этом, на мой взгляд, основной минус рассказа: нет соли.
Но, повторяю, есть НАДЕЖДА: «Может быть, он вернется. И, может быть, на этот раз мы не ограничимся лишь Его легким дыханием».
Может быть…
Угугамос
2006-05-11 18:32:47
Кто сказал, что это не про соль?!
А про что тогда?
При всем моем уважении к авторитету Светланы!
Света, дело не в этом. Мы бы с вами - да, пошли молиться без посредников. Однако суть рассказа, как мне видится, в том, что троим из этой четверки все еще была нужна соль последнего ее члена, Мирослава. Рассказ, по сути, о нас - о соли мира. Просто Вы подошли к нему с противоположной стороны :)
А рассказ - великолепный! На данный момент наилучший из присланных на конкурс.
М.Ю. Лермонтофф
2006-05-11 19:19:11
Что понравилось: хорошо написано, проработано, главное - минимум пафоса.
Что не понравилось: очень много краски. "Изумрудные измарагды" - что это, зачем это? И много всего такого еще по тексту; некоторая надуманность и "неанастоящесть" истории, имхо, так не бывает, не бывает таких встреч с такими диалогами при таких обстоятельствах.
Ромэн
2006-05-11 20:44:42
Рассказ действительно неплохой, но всё же, соглашусь с Лермонтоффым, что автор немного "сгустила краски", т.е. ну слишком много всяческих сравнений для такого небольшого текста. Такое впечатление, что рассказчик не только художник, но и поэт и ювелир и т.д.
Владимир
2006-05-11 21:26:55
А вот и мой коментрарий.
Для начала: работа написана очень хорошо, но я как Светлана, мыслю по-другому. Сильно много красок, эпитетов, просто задохнулся я в этом. Конечно сожно сказать героиня художник. Вот и мир видит так… но все равно. Знаете почему я бросил читать новый роман Перетти Монстр? Слишком много блужданий по лесу. Интересно. Классно, и .т.д. НО Я НЕ ЛЮБЛЮ КЭМПЫ (походы)!!! =))
Я люблю картины, и считаю что литературная ценность этого рассказа велика, но момент что тронул меня больше всего это 2 поколения друзей 1, что поступают 2 – что мирятся.
С христианским мировоззрением я не согласен. Свет таланта нельзя 20 лет поддерживать чужой молитвой. Быть грешников, курить, пить, гулять а Бог будет тебя благословлять так что ли? Может быть Бог по молитве сохранит их жизни, но не благословит их талант.
Направленность на неверующего очень хороша! А вот тема соли мною тут тоже плохо видна.
Но этот рассказ я как только узнаю имя автора распечатаю и положу в папку с моими любимыми историями Юстины, Олега, и.т.д =))
Автор не обижайтесь на меня если я был в чем то некорректен.
Владимир.
2006-05-11 22:19:20
опечаток наделал море... =((
А еще знаков больше нормы... ;)) Не много больше, но вот например в своем рассказе мне пришлось выкинуть пару абзацев так как общий объем был бы такой же...
Мне не хорошо об этом говорить, но ведь автор видила условия конкурса =)))
P.S. если вдруг автор рассказа сестра знающая дар зазеркального мира... и из-за меня работу зарежут то я вот себе этого не прощу...
Но правила есть правила! ДЛЯ ВСЕХ! =((
Светлана Капинос
fedor11@mail.ru
2006-05-11 22:59:43
Лермонтофф!
С чего Вы взяли, что литература должна быть «реальной»?
Моё глубокое убеждение: реальной литры не бывает вообще. Говорю так, потому что сама пишу. Всякая мысль, выложенная на бумаге, субъективна. Всё, абсолютно всё есть фантазия автора! Всё переламывается через субъективное сознание. Любое произведение.
Автор желает выразить МЫСЛЬ и это сугубо его дело, как он эту мысль выкладывает, какими диалогами. Они (диалоги) и не обязаны быть «настоящими». Они обязаны быть «художественными», то есть «красивыми» и максимально передавать мысль автора.
Чего стоят абсолютно ненатуральные диалоги, скорее монологи, Достоевского? Однако он – признанный в мире автор именно из-за своих глубочайших по красоте мыслей. (Я не говорю «правильных мыслей», но именно глубоких и красивых!)
М.Ю. Лермонтофф
2006-05-12 02:38:04
Светлане: литературное произведение должно соответствовать многим параметрам, смысл должен соответствовать стилю, и тд и тп. Дело не в реальности ( т.е. в действительности ) описаных событий, а в ... настоящести, что ли, героев, их поступков, их слов. Вы читали дамские романы когда нибудь ( да простит меня автор за упоминание, которое ни в коем случае не является сравнением )? Вас не поражала фальш диалогов и сцен, надуманность, "притяжка" за уши? Наверняка, обращали на это внимание. Я вот о чем то отдаленно подобном говорю автору: ну не вижу я возможной такую встречу, которая так начинается, так протекает и так заканчивается. Человек собирает друзей, которых не видел почти год, чтобы совершить признание перед общественностью в собственном творческом кризисе? эээээээээ... Тем более, они давно не виделись, тем более, между ними ссора ( странная ссора - забузил один, а рассорились четверо )Обычно это происходит иначе: из всей компании друзей существует один, с которым наиболее дружен. Именно есму рассказывается о проблеме, и либо он предлагает встретиться с друзьями, либо эжта мысль спонтанно как то возникает у обоих. Встречаются они, веселяться, балагурят, воспоминания, куча трепа нужного и ненужного, короче, общение живых людей. Потом, когда все наелись, напились наговорились, приходит время для задушевных разговоров. А подобным образом разговоры заводят тогда, когда кто-то умер.
Далее: какой смысл в этой ее декларации? "Ах, друзья, я разучилась писать картины, горе мне, горе, поскорбите со мной!". Какую цель она преследует своим признанием? Чего она хочет? Помощи? Совета? Сострадания? Совершенно непонятно, просто декларирует и все. Отсюда появляется эффект картинности, позерства, той самой подогнанности.
Если дружба между ними так сильна и так много для каждого значит - почему никто не помнит о столь серьезной размолвке между ними? Рояль в кустах, чесслово, попытка создать хотя бы какое то напряжение ( событийность ), но неуклюжая, чесслово.
Из всего этого складывается картина, котороая кажется ненастоящей, несоответствующей действительности, неадекватной. И я не о художественном вымысле, эклектике и писательских приемах сейчас, я об ИСТОРИИ. По сути дела, что такое рассказ? Это история. Хочется услышать правдивую историю. Или очень похожую на правду.
Светлана Капинос
fedor11@mail.ru
2006-05-12 07:28:28
А вы не вонзаете жало в собственную душу?
А, Лермонтофф?
Владимир Петров, администратор
pva@foru.ru
2006-05-12 08:41:43
Превышение размера незначительно. Рассказ участвует в конкурсе.
Автор
2006-05-12 08:45:29
Владимиру, по поводу объема:
Пришлось советоваться с админом. Админ разрешил.
Да и так из рассказа целую страницу выкинуть пришлось.
Лара Лонд
2006-05-12 08:53:27
Пятёрка! И обилие красок, на мой взгляд, тоже очень к месту, ведь рассказ написан от лица художницы. Было бы странно, если бы это не чувствовалось, тем более, когда она говорит о картинах.
Грашин
2006-05-12 11:38:49
Истинное дыхание света в этом рассказе, как было уже отмечено, это, конечно,стиль, язык. Он сам по себе самодостаточен и с таким стилем можно писать даже безсюжетные вещи. На мой взгляд, если бы в этом произведении был бы более тривиальный сюжет, оно бы только выиграло. Нынешний сюжет представляется мне искуственным и надуманным. Не надо морализаторствовать там, где свет сам делает свою работу, вы только можете помешать свету. С уважением.
М.Ю. Лермонтофф
2006-05-12 13:50:39
2 Светлана: нет, не сейчас:) не вонзаю:)
Светлана Капинос
fedor11@mail.ru
2006-05-12 14:26:14
Ну Вы хоть подмигните, когда будете...
Владимир.
2006-05-12 14:48:22
автор, я все же догодался кто вы ;))
все же я немного не согласен с идеей, но рад что рассказ остался, так что могу спать спокойно.))))
2 АДМИН: В следующий раз говорите рассказ может немного превыщать рамки (и стандарты). Раз я ГРАММАФОН (Капинос знает ;)) то буду графоманить далее =))
Светлана Капинос
fedor11@mail.ru
2006-05-12 16:03:21
Володя! Публично заявляю во всеуслышанье, что Вы - замечательный Автор и Друг! НЕ граммофон и НЕ графоман. И публично же прошу прощения, если чем Вас обидела!
С Христовой любовью...
Владимир.
2006-05-12 20:18:46
Светлана, все принимается, и в ответ прошу прощения за свое занудство и назойливость =))
Я вам там письмо скинул, надеюсь вы его получили? Очень жду ответа =))
Ромэн
2006-05-12 23:43:59
Ларе Лонд с уважением: не забывайте, что рассказ идёт от лица художницы, потерявшей свой дар, она или разочарована или разбита,долгосрочная ссора со старыми друзьями выбила её из колеи! В таком состоянии у меня, например, всё померкло бы и не интересовало, но в данном случае получается неестественное поведение для расстроенного человека.
Светлана Капинос
fedor11@mail.ru
2006-05-13 00:08:34
Володя! Я ещё вчера отправила тебе ответ. Отправлю сегодня ещё раз!
Дэн Шорин
2006-05-13 17:16:51
Писал профессионал. Поэтому я буду максимально жестко указывать на недостатки. Профессионал поймёт и исправит, обижаться - удел любителей.
Итак, кто из героев с кем поссорился? Сначала постулируется, что все друг с другом. Потом священник говорит что остальные трое поссорились с ним из-за Бога. Причины ссоры в этой тройке скрыты в тумане.
Корябнул литинститут писателя. Его там не научили писать вне зависимости от вдохновения? Должны бы были.
Ну и певица. Где была её фанера? В наше время музыка - это бизнес. А это именно наше время.
Концовку автор съел. Звучит фальшиво. Герои погружены внутрь себя, читатель не видит общей картины.
Вот ещё бы один абзац... =)
Автор
2006-05-13 17:38:33
Дэну Шорину и Лермонтоффу:
То, что нельзя называть, лежит на моих глубоких ранах. :))
Но спасибо за комментарии.
Ромэн
2006-05-13 17:48:50
Значит автор всё-таки любитель?
Дэн Шорин
2006-05-13 18:58:32
PS. Поймал себя на мысли, что вот этому автору я всё-таки завидую.
М.Ю. Лермонтофф
2006-05-13 21:56:03
автору: смойте, ЭТОМУ там не место.
***
2006-05-14 00:31:29
Зря вы так расшаркались, рассказ вовсе не идеален по языковому изложению. Первое же предложение: мазок ЛЁГ как буд-то здесь и БЫЛ! Если бы он СМОТРЕЛСЯ как буд-то тут и был или хотя бы ЛЁГ как буд-то это было место специально для него, НО как понять: лёг как буд-то здесь и был? Так он БЫЛ или ЛЁГ?!
автор
2006-05-15 07:32:09
Дэну Шорину:
Спасибо на добром слове.
Про муз. фанеру... Так у нас не только "девушки фабричные" поют; сохранились и певцы, которые под живую музыку, оркестры...
Лермонтоффу:
Хорошо, пойду оттирать. :))
LD
2006-05-15 12:32:03
Прочитала с удовольствием, спасибо!
Алексей
2006-05-15 13:46:09
Словно сидишь за соседним столиком... Замечательно написано, только тема немного в сторону, как по мне. А написано сильно. Благословений.
Пушкинов
2006-05-15 17:09:34
Не в обиду автору, но рассказ показался мне сентиментальным. До середины рассказа буквально заставлял себя читать. С середины все же захотелось узнать чем кончится. Кончилось скомкано.
Выходит во всем виноват этот верующий журналист. Перестал верить в друзей, молиться и они... разучились рисовать, писать, сочинять... Ну правда не очень правноподобно. Хотя, наверное, оригинально.
Угугамос
2006-05-15 18:19:38
Старик! Какой журналист, ты об чем??
Пушкинов
2006-05-16 08:04:27
Угугамусу
Пардон, спутал. Выпускник семинарии, апологет и т.д...
AniS
2006-05-17 20:02:14
Хороший слог - просто загляденье! Увлекательно, но мало) Думается, что при возможности приёма на конкурс работ с большим объёмом, автор сумел бы дораскрыть тему. А так - я аплодирую стоя! Автор пиши ещё! Хочется узнать, что с героями дальше стало))
Сергей
2006-05-24 13:45:23
Зря убрали мое замечанеи, но повторяться не буду, просто удивляюсь, почему эти произведением так восторгаются? Может подыгравют автору знакомые? Просто мне понравилось лишь то в рассказе, что автор писал от первого лица, все остальное какк-то все штамповано и слова эти которыми так восторгалась Светлана Капинос примитивны. Посидеть вечерок со словарем и такую стряпню можно состряпать? Так что если этот рассказ займет первое место буду крайне удивлен и разочарован, так как ясно будет, что времена Тургеневых канули в лету и нам нужно довольствоваться мозговыми объедками словососов.
"Словосос"
2006-05-25 06:26:54
Не беспокойтесь, Сергей, ваш отзыв был мной прочитан.
Напишите, пожалуйста, рассказ (со словарем), как вы и предлаете. Мне было бы любопытно почитать.
Автор
2006-05-25 06:27:31
Всем большое спасибо за ваше внимание и отзывы.
Сергей
2006-05-25 12:48:49
Словососу - напишу, хотя на Тургенева сразу говорю, не притендую.
"Словосос"
2006-05-26 06:55:21
Сергею:
Хм, а какой тогда смысл писать, если уже заранее оправдываться начинаете?
Лара Лонд
2006-05-26 08:35:04
Сергею: А на что "притендуете"? На пестрящий орфографическими ошибками "шедевр"? Простите, что перехожу на личности, но трудно сдержаться. Человек не может грамотно написать короткий отзыв, но ругает произведение, до уровня которого ему еще явно шагать и шагать...
Сергей
2006-05-27 11:26:19
Ларе Лонд - я читал ваши рассказы, нечего особенного, типичные шаблонные работы. Уровень у вас далеко не как у Льюиса А то что я отзыв с ошибками написал, посмотрите на других, все так пишут, потому что торопятся и вы, кажется не исключение, если вы конечно не пишите в Ворде сначала, а потом исправляете
Сергею:
2006-05-27 15:42:33
Дружок! А почему бы тебе не пойти почитать Льюиса в Ворде, а? Прежде чем тупо опускать кого бы то ни было, попробуй создать хоть что-нибудь сам! Хоть что-то, хоть лажу, хоть бред.
Тогда пообщаемся.
Лара Лонд
2006-05-30 07:58:37
Прежде всего хочу сказать, что вышестоящий комментарий - не мой. Это кто-то другой за меня вступился. Нет, я в Ворде отзывы не пишу. И другие отзывы читаю. Опечатки попадаются, да, у многих, но отличить опечатку от ошибки я в состоянии.
Я не Льюис?! Ну, Вы меня поразили. А я-то думала, самый настоящий Клайв Стейплз! Оттого и подписываюсь "Лара Лонд"...
Сергей
2006-05-31 13:03:16
Не стоит больше лить воду... Бог нам всем судья!
Автор
2006-06-01 09:53:18
Аминь. :)
seniy
semvnetzero.com@netzero.com
2006-07-27 17:44:01
СообщениеДобавлено: Сегодня в 10:57 pm Заголовок сообщения: the enemy never won Ответить с цитатой Изменить/удалить это сообщение Удалить это сообщение
древний вопрос: "кто такие христиане?" для меня сегодня стал гарбичем брошенным в траш. Христианство со всей её многоликостью всего навсего
один из флангов огромного полчища Люцифера. Это древняя империя ада не сразу стала понятна мне, когда я в парализующем страхе наблюдал за всепотопляющим полчищем необычных мертвецов, боевым маршем идущим как бы через все века. меня перестали волновать левые и правые фланги распространившиеся за горизонты. Они наступали решильно на ярко зелённое поле, на котором был я. Эта трава на поле одинаково давала маленькие беленькие цветочки и лишь потом я понял, что все они как я. Просто я видел только себя а всё остальное было для меня травой, так и каждый из них видел всех и меня травой, а себя личностью. все они похожи и без различия. только некоторые из них были как колосочки несущие в себе какую-то загадачную жизнь, ну а так в вообщем все вродебы одинаковые, потому что для всех прозрачно-голубое небо как бы приклонялось и давало жизнь. в мучительном ужасе я смотрел на рядуты чёрных движущихся прямо на меня и по мере их приближения впереди их были демоны с огромным веко-вечным опытом гордого ума и непривзойдённости, в одеждах священников, затем стремительно выходили бесы в современных одеждах, как бы делая прорыв для демонов-священников. многии подробности для их описания вы найдёте во всех информационных источниках, во всей литературе.
вдруг они все остановились, я это понял не открывая глаз, наступила тишина. для меня это был последний миг. Но глаза открылись сами по себе. и каково было моё удивление! впереди стоит всадник и вокруг меня войско в ослипительно белых одеждах. теперь меня охватил не парализующий страх, а фатальный, конечный, смертельный. отчётливо помню как внутри у меня вспыхнул последний лучик радости со слезами: "всё это конец!"
но сила того всадника дала мне приют, как бы в нём или его власти.точно не могу сказать, скорее всего, слово которое я ищу не известно нам, одну многомилиардную долю в этом смысле даст лишь одно земное слово, " покровительство" я ещё не понимал жив или нет и что это за новое состаяние, как вдруг раздался оглушительный рёв чёрных. и что это был за рёв? возмутительно, но это их и проповеди и заслуги в справедливости и многое, многое другое, что можно слышать сегодня с кафедры, имеющие в основе своей употребления имени Христа, но на этой стороне отчётливое понимание мотивов тех, кто там.
и вот это не трудно объяснить на земном языке, это не Сам Господь Славы, а всё Его, что употребляется ими по своим соображениям без Его тоталитарного господства. мятеж потрибителей доходил до апагея и моё внимание увиличилось, так как зрение становилось всё лучше и лучше. Там у демонов были человечки, как бы каждый демон имел своих абитуриентов и обвешан ими и они могли входить в них и вообще делать какие-то странные мероприятия, когда демон особенно агрисивен против них, то они крутятся ища выхода и объеденяются друг с другом, как бы сношаясь, но ненавидят друг друга и их всё время преследует пыль, то превращаясь в деньги, то в зелень, которую они едят. и, о как они следят друг за другом зелёнными глазами! с демонической критикой по любому поводу и даже без повода. другие отряды демонов имели других мертвецов с различными языками поклонением богам, но там тоже самое вращение построено на собственном пристиже. и вот, что меня удивило, что в этой армии нет ни одного безбожника и атеиста, но все имеют свою религию и богов или точнее само-обожествление.
всадник, спину которого я видел, вдруг повернул в право и спокойно шёл перед теми. из Его рта выходило жало, как никель, но только необыкновено острый, что создаёт впечатление проницающего на любом растоянии и времяни. хорошо, что мы были сзади Его. и я посмотрел к окружающим и у них было такое же чуство небыкновенной радости, как и у меня. я посмотрел назад и вверх и вот надо мной огромное войско, у меня захватило дух торжества, они видели, что я смотрел на них и позволили мне жить, потому что, тот всадник у всех нас живой, как бы на лбу или у висков, и как бы отображение индивидуальности.
я смутился от этой загадки, но какой то до боли знакомый голос, какой-то родной и давно, давно близкий сказал на моё недоумение:
"здесь Христовы" и подожал немного, и когда я понял Он добавил, " а там проклятые" я готов был горько, горько заплакать, что здесь нет ни одного христианина, но он моментально принял меня к себе и успокоил и Это был Отец, вездесуший Бог! Он показал, что Христовых ни кто, никогда не сможет счесть! О, мой Бог, какая радость и вся она по причине Того Всадника, Такого Скромного и Простого и в тоже время Такого Талантливого Мастера! Жертвующий по Своей доброте неописуемый СМЫСЛ жизни. и так было всегда. он камфортабельно чуствует себя в своём вечном и вездесущем естестве, он так привык давать всему всё, без него ничего не может сушествовать и за всё существующие Он когда то должен был быть убитым и погибнуть, но так как закон вселенной не нашёл в нём никакой вины, то признал Его достойным быть всем во всём до финала, затем всё опять Он востановит В Боге и уже сейчас видно, что Он добьётся Своего и Бог будет всё во всём как это и было.
Дорогой читатель, этот отрывок из расказа, "ДИАЛОГ ТРАНСЫДЕНТОВ"
стимулирует наши порывы больше проникнутся в строки С.П. и поспешить вверится нашему Господу, чтобы жить соответственно Его слову ибо время близко. с горячей любовью Семён Вечерковский.
не сужу и уверен, что не буду судим.
Наталья Ковалькова
nukkk@km.ru
2008-05-23 10:26:23
Очень понравился рассказ. Стиль, слог, сюжетная линия - все замечательно, нестандартный подход к изложению и очень живой современный язык. Благословений в творчестве и во всем!
