Время моего покаяния пришлось на середину девяностых – период экономической нестабильности и духовного пробуждения на Украине. Многие церкви тогда росли как грибы после дождя. Стоило выйти на улицу и сказать несколько слов о Боге, как собиралась толпа слушающих. Кинотеатры, которые стали арендовать новые церкви, были битком набиты людьми. Некоторые готовы были стоять всё служение в проходах, чтобы послушать Слово Божье и иметь возможность покаяться.
С тех пор прошло более десяти лет. Духовная эйфория того времени спала. Экономика стабилизировалась и даже, говорят, стала расти. В церквях медленно, но уверенно начал происходить процесс смены поколений. Постепенно всё больше и больше стало появляться братьев и сестёр, которые покаялись уже в новом, XXI веке. И всё меньше и меньше стало оставаться “старой гвардии” – тех, кто ещё застал бурные девяностые. Кто-то из этих людей перекочевал в другую церковь, кто-то стал пастором и открыл свою общину. А кто-то, к сожалению, ушёл в мир. Те же, которые остались, стали по-особому дружны.
В моей церкви я часто разговариваю с друзьями с “того” времени, согревая душу воспоминаниями о былом пробуждении. Церковь, которую я посещал в 90-х, арендовала самый большой в городе кинотеатр. Этот кинотеатр был пуст во время демонстрации кинофильмов, но заполнялся под завязку во время богослужениях. Большинство людей были новообращёнными и горели первой любовью к Господу. Все были радостные, улыбались. Служения были очень особенными. Прославление чем-то напоминало поведение болельщиков на футбольных матчах: никто не стоял спокойно: все кричали, пели, поднимали руки, хлопали в ладоши. Головные уборы братьев подлетали в воздух, а косынки сестёр начинали удачно дополнять их танцы. Люди, друг друга абсолютно не знавшие, выходили вперёд, брались за руки и водили хороводы…
Только тогда и только в то время я слышал свист в церкви в такт музыке во время прославления, как это бывает во время свадебных песен, когда людей переполняет ликование. Никто ни на кого не обижался, повсюду была атмосфера радости, любви и веселья.
Кого-то, возможно, смутят такие “харизматические крайности”, но ведь происходило не только это. Одной женщине, которую я знал, поставили диагноз – рак. Советовали сделать операцию, но шансов много не давали – состояние было запущенным. Эта женщина отказалась от операции и пришла в церковь, где за неё молились. Господь почти сразу же её чудесно исцелил. Через полгода к её родителям пришли медики из онкологии – поставить отметку о смерти пациентки. Когда родители сказали, что их дочь исцелил Бог, врачи начали терпеливо объяснять: мол, поймите, нам нужно подать определённые отчёты, начальство с нас требует, войдите в наше положение и т.д. “Исцелил Бог”, – мы понимаем Вашу боль, но у нас есть снимки, анализы, у неё было запущенное состояние, это невозможно,- настаивали они… Эта история была замечательным свидетельством силы Божьей в церкви.
Мои знакомые рассказывали мне о случаях, когда они своими глазами видели, как инвалиды вставали с колясок. Вставали, несмотря даже на атрофию мышц, после одной только молитвы во Имя Иисуса Христа… Больные исцелялись. Грешники каялись. После призыва к покаянию к алтарю иногда выходили десятки людей…
Но сейчас другой век и другое время. Недавно я присутствовал на молодёжном служении в своей церкви. Всем ребятам было около двадцати, и лишь я был один, кому за тридцать. Они ко мне очень хорошо отнеслись. Я видел любовь и уважение в их глазах. Моё сердце тоже было наполнено любовью к ним. Но всё-таки я чувствовал себя немного не в своей тарелке. Было такое чувство, что они из “этих”, “новых”, а я из “тех”, “старых”. Не скажу, что они хуже – нет, ни в коем случае! Они замечательные! Но только – другие…
Они выросли в новой, независимой Украине, а мы – в стране, которая называлась СССР. Мы росли в другой культуре, учились в другой школе, ходили по другим улицам и стояли в очередях в других магазинах. У нас было только три канала телевидения и только одна партия – коммунистическая. У нас были тогда другие церкви, были другие люди, и жили мы тогда в другое время…
На одном из молодёжных служений мы играли в одну весёлую игру. По правилам игры каждый должен был назваться каким-то животным. Кто-то был Кенгуру, кто-то Лабрадором, кто-то даже Кукарачей. Когда очередь дошла до меня, я, как-то даже не подумав, назвался Динозавром. Все засмеялись, а я после служения задумался. Действительно, “мы”, которые “из тех” – чем-то похожи на динозавров. “Нас” становится всё меньше и меньше и скоро, наверное, “мы” и вовсе вымрем.
Наше дело продолжат “они”, и дай им Бог быть успешнее нас. Дай им Бог сделать больше, чем сделали (и ещё сделаем!!!) мы! “Они” пойдут вперёд, но так хочется вложить им в сердце то, что помним “мы”, и что дорого для нас – время девяностых, когда на улицах собирались толпы, чтобы послушать об Иисусе, когда в поклонении Господу у всех было единство, и когда Бог по молитве верующего творил великое и чудное. Так хочется, чтобы “они” (и “мы” тоже!) молились и ждали этого времени и дай Бог, чтобы дождались!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
А правда, что случилось? Бог "стал хуже"? Брат с Украины говорит с горечью: "Помнишь, как мы принимали Духа Святого? Я прыгал до потолка, потом бросился просить прощения у всех, кого обидел, долгое время ходил, как пьяный, все время молился на языках. После служения не мог дойти до дома: заходил в парк, забирался в кусты, падал на колени, и молился, молился! А сейчас все происходит так (ставит стакан с чаем): вот человек. (Ложит на стакан сверху хлеб): вот человеку покаяние преподали. (Ложит на хлеб кусок сахара): вот Духа Святого приделали. И все! Куда все делось?"
проблемы в жизни... - Мария Твердохлеб И последовало за Ним множество народа, и Он исцелил их всех(От Матфея 12:15).
Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же.(К Евреям 13:8).
