Omnia vincit amor *
Драма о любви
Пьеса о любви немолодых и уже состоявшихся людях. В молодости они любили, но жизнь развела их. Она - светская женщина, профессор, доктор философии. Он священник, вдовец. Героиня тоже одинока, в поисках истины ищет дорогу к Богу. Учение протестантов ей кажется ближе. Любовь помогает найти истину. Каноны православной церкви не позволяют священнику - вдовцу еще раз жениться и Герой перед мучительным выбором - земное счастье или служба Богу и людям.
Действующие лица:
Василий Даниилович Покровский - православный священник, около 50 лет.
Агафья Ермиловна - вдова священника, мать Василия, - 75 лет.
Юлия - доктор философии, около 50 лет.
Елена - дочь Василия, учительница, 23 года.
Саша - её жених, аспирант, 23 - 25 лет.
Анна Герасимовна - соседка Покровских, около 60 лет.
Валентина - её дочь, директор школы, за 30 лет.
Михаил - недавно освободившийся из тюрьмы, около 30 лет.
*Всё побеждает любовь
(Лат).
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
1. Гостиная. Обстановку не назовешь современной, хотя в комнате есть все необходимое. Большой обеденный стол со стульями занимает центр комнаты. Старинный книжный шкаф и горка для посуды. В углу стол с компьютером. В красном углу икона, перед ней светится лампада. На стене в раме фотография старика - священника, несколько волжских пейзажей. За окнами многоэтажные дома. В комнате вдова священника Агафья Ермиловна вяжет шарф. Внучка Елена, тихо напевая, сидит за компьютером. Входит сын Агафьи, отец Елены - священник Василий.
ВАСИЛИЙ. Добрый вечер! Все уже в сборе. (Подходит к матери, целует). Как самочувствие - давление мерила?
АГАФЬЯ. Спасибо. Погода не капризничает и самочувствие нормальное. Что так поздно?
ЕЛЕНА. Сто сорок на сто. Для бабушкиного возраста отличное.
ВАСИЛИЙ. Всё компьютер мучаешь?
ЕЛЕНА. (Щелкает клавишами компьютера). Опять никто ничего не прислал! (Тихо напевая, продолжает путешествие по Интернету и останавливается на религиозном сайте). Папа! Глянь, какие заманчивые знакомства предлагают!
ВАСИЛИЙ. Не достает нам Интернета.
ЕЛЕНА. Посмотри! (Читает вслух несколько объявлений). Из нашего города. 45 лет. В Господе - 12. По характеру спокойная, терпеливая, любимый праздник - Рождество. Мужем и детьми не успела обзавестись. Выросла в хорошей высокоинтеллигентной семье. Интересная работа, широкий круг интеллектуальных друзей долгое время заслоняли отсутствие личной жизни. Хочу познакомиться с достойным верующим человеком, не лицемером. Материально обеспечена. Не подходит? Еще. 48 лет. В Господе - 16. Молю Бога, чтобы послал мне семью. Очень хочется иметь семейный очаг… Бомжиха, что ли, к сорока восьми годам не обзавелась очагом? Нам не подходит.
ВАСИЛИЙ. Не богохульствуй!
ЕЛЕНА. Интернет, богоугодное дело. Церкви и религиозные организации не публиковали бы объявлений. Люди ищут общения, делятся наболевшим.
ВАСИЛИЙ. В церкви со священником можно поделиться.
АГАФЬЯ. Отец дело говорит, займись полезным делом. Нечего надсмехаться над людскими пороками. Дожили - предлагают себя по телевизору! Истинная христианка не станет предлагать себя.
ЕЛЕНА. Бабушка, сколько объяснять, компьютер не телевизор! (Продолжает терзать компьютер).
ВАСИЛИЙ. Чего лазаешь по сайту, - одного жениха тебе мало? Кстати, Александр пишет, когда приезжает?
ЕЛЕНА. На этой неделе обещал быть в Москве. На следующий день у нас. (Нашла очень интересное объявление). Папа! Умоляю, подойти, посмотри!
ВАСИЛИЙ. (Подошел, читает.) 44 года. В Господе - девять. Православная. Добрая, отзывчивая и покладистая, хорошая хозяйка, пишу духовные стихи. Мечтаю познакомиться с добрым христианином для общения, а может и для создания семьи. В этой жизни не умею делать только три вещи - лгать, играть в карты и рассказывать анекдоты… (Останавливается). Плохо, раз не умеешь рассказывать. (Продолжает читать). Люблю музыку: джаз и классику, пою, играю на фортепиано. Спокойствие, мир, уют - мое кредо. Верю в чудо, что меня кто-то ищет. (Перестает читать, Елене). Для полного счастья в доме не звучит джаз. Ты успокоишься? Сколько раз повторять - жениться мне не позволительно. Нечего возвращаться к этой теме.
ЕЛЕНА. Мама перед смертью завещала. Ты дал слово.
ВАСИЛИЙ. В те минуты ни о чем, кроме ее болезни, не думал.
ЕЛЕНА. (Встает из-за компьютера, обнимает отца). Не справедливо не позволять молодому вдовцу жениться. Ты ведь, папа, еще молодой у меня! В любом случае я тебя не оставлю! Всегда буду с тобой!
ВАСИЛИЙ. Спасибо, Алёна!
АГАФЬЯ. Справедливо - не справедливо, не нами заведено. Господу так угодно. У басурман четыре жены и еще женись сколь угодно. У нас свято берегут первую любовь.
ЕЛЕНА. На мирян почему-то не распространяется запрет жениться второй и третий раз. (Снова садится за компьютер). Напишу Сашке, отругаю. Второй день ни строчки не присылает.
ВАСИЛИЙ. В дороге уже, если ждешь на неделе.
Елена печатает на компьютере письмо.
ВАСИЛИЙ (уходит в конец комнаты, опускается на колени перед иконостасом, молится. Слышим лишь последние фразы). Во всех делах и словах руководи моими мыслями и чувствами! Не дай мне забыть, что все ниспослано Тобой! Господи! Научи разумно действовать с каждым членом семьи моей, никого не огорчать, никого не смущая! Руководи моею волею и научи надеяться, верить, любить, терпеть и прощать! Аминь! (Встает, ищет в шкафу книгу, находит и принимается листать).
АГАФЬЯ. (После паузы, Елене). Если жених принял американскую веру, не благословлю. В дом не приводи. (Василию). Ты должен образумить парня. Повтори Алене, не позволишь выйти за него. Был бы еще безбожник, можно смириться - поумнеет. Записался в заморскую секту!
ВАСИЛИЙ. Мама, протестанты - не секта. Те же христиане. Как и мы, верят в Бога отца и Сына, Святаго Духа, жизнь вечную.
АГАФЬЯ. Владыка говорил: все они антихристы, американские агенты. Собираются уничтожить Россию, веру нашу. Вы с Аленой не понимаете!
ВАСИЛИЙ. Отец в лагере сам проповедовал протестантам.
АГАФЬЯ. В тюрьме люди верили в нашего Христа, - рассказывал отец твой. Договоришься, и мусульмане наши братья. (Елене). Не образумится жених, - не приводи. (Из прихожей слышится стук в дверь). Герасимовна! Никак не приучу звонить. (Выходит и возвращается с пожилой полуслепой женщиной). Неделя не прошла, как писали.
АННА ГЕРАСИМОВНА. Тебе трудно? Просила Валентину - некогда говорит. Я, и конверт принесла. Маша адрес надписала.
АГАФЬЯ. Всех замучила. Ладно, садись, напишем. (Помогает Анне сесть за стол, достает бумагу, ручку. Надевает очки). Сегодня кому?
ВАСИЛИЙ. Анна Герасимовна, как здоровье?
АННА. Молитвами Господу, слава Богу. Не жалуюсь. Вы здесь, батюшка, - не услышала. (Встала, подошла к Василию, целует одежду, он крестит её, что - то шепчет).
ВАСИЛИЙ. От Родиона - ничего?
АННА. Ничего. Самому министру писали. Сегодня - в Грозный. Может, что-то узнали. Московское начальство осерчало, к телефону не подходит. Посылают в Тулу, в часть. Девчонка пищит в трубку - занимаемся. Не понимает, как бьется сердце матери. По телевизору услышу: освободили заложника, сердце готово вырваться из груди. Жду, назовут Родю. Слышу другие фамилии, и опять - на мине подорвались… Отряд боевиков обстрелял колонну, есть убитые и раненные.
ВАСИЛИЙ. Пропал без вести - не погиб. Ранен, в плен попал. (Агафья показывает знаками: замолчи, а то наговоришь лишнего). Вернется Родион.
АННА. Ты, батюшка, не забудь Родю в молитвах. Молись за грешную душу.
АГАФЬЯ. "Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой". (Деян. 16:31)
ВАСИЛИЙ. Постоянно молимся за воинов наших.
АННА. (Диктует, Агафья пишет). Дорогой сыночек Родя! Поклон тебе от матери и сестер твоих Валентины и Марии. А еще, от мужа Володи, и соседки Дарьи Васильевны. Во-первых, хочу сообщить, мать твоя еще ничего, на здоровье грех жаловаться, а вот глаза не видят, читать - писать не могу.
АГАФЬЯ. (Повторяет последнюю фразу). Читать - писать не могу. Всё ты, Анна, одними словами письма начинаешь. Наизусть выучила. Дальше.
АННА. Ага. Спроси, почему Родя не передаст с кем-нибудь весточку. Одиннадцать писем на воинскую часть послали. У самого нет времени, - попроси подчиненных написать. Десять минут найдутся. Не первогодок - майор как-никак.
АГАФЬЯ. Ой, Герасимовна, и, правда, голова у тебя не в порядке. Кабы мог, разве не написал?
Звонит телефон, и отец Василий поднимает трубку, Агафья продолжает писать.
ВАСИЛИЙ. (По телефону). Петя?.. Здравствуй!.. Выставка?.. Знаю, твои шедевры! Не по сану посещать подобные вернисажи. Алене скажу... В Ватикане другие сюжеты. Оставим тему... Здесь. (Маме) Мама, с Петром поговоришь? (Передает ей трубку.)
АГАФЬЯ. Здравствуй, сын! По голосу слышу - здоров. Как ребята? Катерина. Что не зайдешь к матери - занят очень?.. Лидия Алексеевна рассказывает, видела тебя в сквере перед театром. С такими же безбожниками торговал непристойными картинами. Срамота! Не стыдно? Для этого учился? Хорошо получаются природа, цветы, их бы и рисовал. На пятачке не покупают, - сдай в магазин, на худой конец на базар вынеси... Жду вас. Храни тебя Господь! (Василию). Будешь еще говорить? (Передает трубку сыну).
АННА. Ваш старший? Помню, красивые картины рисовал. У меня на кухне его подарок - букет роз. Маша все хочет забрать. Ты, говорит, все равно не видишь. Мне жаль. Память. Потрогаю, и чувствую каждую веточку, лепесток. Стал знаменитым, и безбожные картины рисует?
ВАСИЛИЙ. (Оторвавшись от телефона). Разные. (Снова в трубку). Освятить? С ума сошел! Нет - Нет! Алена сходит на открытие, расскажет. Передаю трубку. Я подумаю... С Богом! (Передает трубку подошедшей дочери). Во Дворце металлургов открывается персональная выставка Петра, приглашает.
ЕЛЕНА. (По телефону). Петр Даниилович, поздравляю! Читала в "Губернской газете" статью о завтрашней выставке. В учительской говорили, и по "Маяку" передавали.
АГАФЬЯ. (Отложив письмо). Безбожник! Называет себя христианином, а в церковь не ходит. Дома не молится. Рисует что, - видела бы! Срамота одна!
ЕЛЕНА. (Мимо трубки). Петр Даниилович в Париже выставлялся, две его картины приобрел художественный музей.
ВАСИЛИЙ. В музей взяли реалистические пейзажи.
АГАФЬЯ. Как мы с отцом уговаривали пойти по семейной стезе! Ни в какую! - "На художника хочу учиться", вот и выучился. Всё Данила! "У сына талант, пусть учится". Выучили себе на позорище. Послушались бы меня, отправили в техникум, давно уважаемым человеком стал.
ЕЛЕНА. (В трубку). Просвещаю… Обязательно приду. Еще раз поздравляю с выставкой. До встречи! И я целую. (Опускает трубку). Петра Данииловича знают в Москве. В сегодняшней газете пишут, мэр в подарок от города распорядился выделить ему новую мастерскую. На последнем этаже дома, что построили на Набережной. (В прихожей звонок, Елена идет открывать и возвращается с Валентиной Петровной - дочерью Анны Герасимовны).
ВАЛЕНТИНА. Добрый вечер! (Матери). Я за тобой, мама! Опять с письмом пришла?
АГАФЬЯ. Садись, Валя! Мне не в тягость помочь. (Анне). Что еще не написали?
АННА. Все поклоны помянула? (Протягивает конверт). Маша надписала, проверь.
АГАФЬЯ. (Складывает письмо в конверт). Как можно забыть, - каждую неделю посылаем. Алёна утром пойдет на работу и у почтамта опустит. (Валентине). Куда спешишь, оставайтесь, ужинать будем.
ВАЛЕНТИНА. Спасибо. Тетрадей кучу принесла, проверить к завтрему. Маму искупать обещала.
ЕЛЕНА. Оставайтесь, Валентина Петровна! Хотите, помогу тетради проверить?
АННА. Господь не забудет вашу доброту. (Василию). Батюшка, благослови, и про Родю не забудь, помяни.
АГАФЬЯ (сыну). Что молчишь, не пригласишь Валентину?
ВАСИЛИЙ. Валя, оставайся, поужинаем, о жизни поговорим.
ВАЛЕНТИНА. Мы уже ужинали. Посидеть - посидела бы, да дела. Люблю поговорить с Вами, послушать ваши с мамой споры о Боге.
АГАФЬЯ. Мы не спорим. Просвещаем друг друга.
ВАСИЛИЙ. Дела - так дела. (Анне). Молитесь за Родиона, и Господь услышит молитвы. (Подходит к Анне, крестит её. Валентина берет мать за руку и ведет к выходу. Агафья провожает).
ЕЛЕНА. Не надоело комедию ломать? В ООН бы еще написали. Погиб давно Родион.
ВАСИЛИЙ. Молода, не понимаешь. После известия о гибели, у нее с головой непорядок. Зрение пропало. Как ей скажешь? Вот и жалеем. Не принимает смерть Родиона.
ЕЛЕНА. Лучше обманывать. Отлично знаете, погиб Родион.
ВАСИЛИЙ. Ничего мы не знаем. В письмах - смысл её жизни. Надежда. Родя не похоронен. Получили ведь второе извещение, что ошиблись при опознании. Теперь и в части считают - пропал без вести.
ЕЛЕНА. Пенсию оформлять не торопятся. Вот и извинились.
ВАСИЛИЙ. Сколько случаев, - сообщат погиб, а человек возвращается. Нельзя несчастную лишать надежды.
ЕЛЕНА. (После паузы). Папа, обвенчаешь в воскресенье одну пару - дочь моих сослуживцев?
ВАСИЛИЙ. Разве не знаешь, надо записаться? Скорее всего, в ближайшее воскресенье вряд ли.
ЕЛЕНА. У них путевки за границу. Время не терпит, нужно обвенчать.
ВАСИЛИЙ. Приедут - обвенчаются. Без очереди не получится.
ЕЛЕНА. Сделай исключение. Я обязана матери невесты. Мне к отцу Евлампию в церковь идти с просьбой?
ВАСИЛИЙ. Думаешь, у него меньше венчающихся? И он не станет нарушать очередь. Завтра в первой половине дня пусть зайдут. Посмотрим, может, кто-то передумал.
ЕЛЕНА. Ни о чем нельзя попросить! (Обиженная выходит. В прихожей звонят, возвращается со скромно одетым мужчиной лет тридцати).
ЕЛЕНА. К тебе, папа!
МИХАИЛ. (К Василию). Батюшка, узнаете? Михаил Картузов. Второй отряд. Блок номер три.
ВАСИЛИЙ (дружелюбно). Как же, Миша, помню. Конечно, узнал. Проходи, садись. Освободился? Слава Господу! (Пожимает руку). Поздравляю.
МИХАИЛ. Никого в городе не знаю, а ваш адрес дал капитан дежурный. "Учил вас помогать ближним, - сказал - вот пусть и поможет". Обчистили меня. Всё с… свистнули и справку, и деньги. Менты послали обратно на зону. Пришел - не пускают, не положено говорят. На вокзале собирался покемарить, менты опять. Хиляй, говорят, отсюдава, если не хочешь новый срок мотать.
ВАСИЛИЙ. Садись же! (Придвигает стул). Начальства в вашем учреждении сейчас уже нет, поздно. Как же с тобой быть? Никого знакомых в городе, говоришь... Переночуешь у нас. Утро вечера мудренее. (Кричит). Лена! (Входит дочь). Организуй Михаилу ванную. Пусть душ примет, найди ему что-нибудь из моего белья.
МИХАИЛ. Вы не беспокойтесь, одежа чистая. И сменка есть. Отдавали - провели санобработку на предмет вшей и разной нечисти.
Елена недоуменно смотрит на отца, идет в соседнюю комнату и возвращается с охапкой белья.
ЛЕНА. Вот кальсоны, отец давно их не носит, рубашка нательная. Все новое.
МИХАИЛ. Матушка, не стоит беспокоиться. Надену своё. На что летом кальсоны?
ЕЛЕНА. Какая я вам матушка! Еленой Васильевной можете называть. Пойдемте, все покажу.
Елена с Михаилом выходят. Василий звонит по телефону.
ВАСИЛИЙ (по телефону). Это отец Василий. Соедини, братец, с начальством... Дело такое… Сегодня освободился у вас Михаил Картузов. Обчистили его, украли деньги и справку... Приходил?.. Нет, не врет. Я вижу, когда говорят неправду... Будешь сменяться, доложи, что я звонил. (Опускает трубку, сам себе). Потом удивляются - высокий рецидив преступности. Ни уважения, ни доверия - врёт. (Возвращается Елена, набрасывается на отца).
ЕЛЕНА. С ума сошел! Бандита собираешься оставить? У него на лице написано - врет всё. Ждал денег дашь.
ВАСИЛИЙ. И деньгами придется помочь. Куда ему без документов?
АГАФЬЯ. (Входит). Нельзя гнать человека на улицу, на ночь глядя. Коли отпустили, выходит, искупил вину. Где его положим? Ко мне в комнату или к Алене?
ЕЛЕНА. Ни за что!
АГАФЬЯ. Я перейду к Алене, у меня ляжет.
ЕЛЕНА. Оставишь в комнате бывшего зэка? У тебя там столько добра, сама не помнишь, где что лежит.
АГАФЬЯ. Не зэк, а человек. Оступившийся человек. Он покаялся, принял Господа. О нём Господь сказал "Я отворил перед тобою дверь, и никто не может затворить её". (Откр.3; 8).
ВАСИЛИЙ. Что-нибудь придумаем, накрывайте на стол. (Собирается выйти, но задерживает телефонный звонок). Слушаю… Да… Какая Юля? Ничего не слышно, перезвоните, пожалуйста. (Опускает трубку, дочери). Не тебя ли? Какая-то Юля. Еще раз позвонит, - поговори сама. (Выходит Женщины накрывают на стол. Возвращается Михаил, умытый причесанный).
МИХАИЛ. Как хорошо! Никогда не купался в такой шикарной ванной! А шампунь! Запах - сказка!
АГАФЬЯ. И, слава, Богу! Садись, Миша, ужинать будем.
Телефонный звонок и Лена поднимет трубку.
ЕЛЕНА. Правильно… Василий Даниилович. Что вы хотели?.. Я дочь… В школе учились?.. Хорошо, скажу ему. Папа! Одноклассница Юля Матвеева очень желает тебя услышать.
АГАФЬЯ (недовольно). И вечером найдут!
ВАСИЛИЙ. (Входит, берет трубку). Слушаю… Юлька? (Удивлен, взволнован, меняется в лице). Откуда ты?.. В наш город… Профессор?.. Каких же наук?.. Я - священник. Продолжил семейную традицию. В храме Марфы и Марии. Знаешь?.. Конечно, хочу увидеть!.. Ресторан не по сану. Приходи к нам! Мама будет рада, с дочкой познакомлю… Да я, ради тебя, оставлю все дела!.. В восемь не поздно. В том же доме, квартире. Не забыла? С нетерпением будем ждать. Тебя тоже. (Опускает трубку, некоторое время молча переживает неожиданное известие). Мама, помнишь, Юльку Матвееву, в нашем дворе жила, в угловом подъезде? До десятого класса дружили, потом они уехали в Свердловск. Мама преподавала химию в нашей школе, а отец - домоуправ, забыл имя - отчество.
АГАФЬЯ. Иннокентий Павлович. Девчонок водил, - помню, кто из них Юля - запамятовала.
ВАСИЛИЙ. Моего роста, с длинными каштановыми косами и зелеными сверкающими глазами, как у нашей Мурки. Представляешь, Юлька - профессор? Философ. В наш университет пригласили на работу.
АГАФЬЯ. Своих профессоров не хватает?
ВАСИЛИЙ. Победила в конкурсе на замещение вакантной должности заведующей кафедрой.
АГАФЬЯ. Ты чего так обрадовался, тебя пригласили профессором?
ВАСИЛИЙ. Юлька ведь! Любовь школьная, юность моя.
АГАФЬЯ. Сколько их было у тебя!
ВАСИЛИЙ. Ничего не помнишь. Одна она у меня была.
ЕЛЕНА. Интересно, замужем?
АГАФЬЯ. Какая разница?
ЕЛЕНА. Действительно. Одноклассница для папы стара.
ВАСИЛИЙ (дочери). Ты опять? Никак не угомонишься. Для меня все женщины в прошлом.
АГАФЬЯ. Слава Богу, понимаешь. (К Михаилу). Рассказывают, нынче в тюрьму повадились все кому ни лень - сектанты, мормоны.
МИХАИЛ. Я не в тюрьме был - в лагере. У нас говорят - на зоне. Святых отцов приходит достаточно. Даже иностранцы. Все рассказывают о Боге.
АГАФЬЯ. Задавят иностранцы нас, православных, задавят. Наоткрывали церквей, сманивают молодежь. Теперь и до тюрьмы добрались. Посланцы сатаны!
ВАСИЛИЙ. Те, кто в тюрьму ходят, хоть Христа признают. А сколько расплодилось шарлатанов и самозванцев, новых мессий! Вот кто мутит бедный народ, разобщает православных!
МИХАИЛ. Я мало понимаю в церковных делах. Все рассказывают про Христа, призывают каяться и не грешить. Разве плохо? Многие зэки крестились, собираются выйти на свободу и завязать. Песни сочиняют про Христа и покаяние.
АГАФЬЯ. Господь все видит и воздаст каждому.
ВАСИЛИЙ. Михаил славился в колонии своими песнями.
МИХАИЛ. Зэки сочиняли. Я только пел. Просил у Бога прощения.
ЕЛЕНА. И о чем же поют?
МИХАИЛ. Разное. Как вор раскаялся, душегуб просит прощение у матери. О продажном прокуроре.
ВАСИЛИЙ. Может, споешь что-нибудь, мама и Алена послушают. Не верят, что в песнях осужденные чаще раскаиваются, нежели гордятся своими подвигами.
МИХАИЛ. Сейчас? Вы даёте, батюшка!
ВАСИЛИЙ. А что? Алена, неси гитару, послушаем, пока на стол накрываете.
ЕЛЕНА (выходит и возвращается с гитарой). Надеюсь, песни пристойные.
МИХАИЛ. Без матерков. Все равно стесняюсь. (Берет гитару, перебирает струны).
ЕЛЕНА. Если пристойные, спойте. Послушаем.
ВАСИЛИЙ. Что ты, словно красна девица? Давай, не стесняйся!
Михаил начинает негромко. Поет что-то религиозно - блатное, возможно из репертуара Гинтаса Абариоса или радиостанции "Шансон". Тем временем Лена приносит посуду - тарелки, что-то из еды, все садятся за стол.
АГАФЬЯ. Со смыслом песня. Не то, что голопузые орут по телевизору.
ЕЛЕНА. Берет за душу. Прямо новелла. Кусочек жизни.
ВАСИЛИЙ. Помолимся! (Все встают). Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе, Царю Небесный Дорогой Господь! Мы благодарим тебя за этот прекрасный день. Спасибо за освобождение Михаила. Спасибо, что не оставляешь нас своим вниманием. Прости нас за наши прегрешения. Благослови и раздели с нами нашу трапезу. Отче наш, иже еси на небесах, да святится имя Твоё; да приидет Царствие Твоё; да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли. Хлеб наш насущный даждь нам днес; и остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим: и не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого. Яко Твое есть Царство, и сила и слава во веки. Аминь.
АГАФЬЯ и ЕЛЕНА. Аминь! (Все садятся, принимаются за еду).
АГАФЬЯ. Может по рюмочке, отметим начало новой жизни Михаила? Я достану.
ВАСИЛИЙ. Не против.
АГАФЬЯ. (Достает из шкафа бутылку красного вина, рюмки, поворачивается к Михаилу). Ты, наверное, водочки выпил бы. Нет у нас в доме.
МИХАИЛ. С радостью. За освобождение выпью всё, что нальете.
ВАСИЛИЙ (разливает по рюмкам). Обойдемся без длинных речей. За твою новую жизнь, Михаил! (Крестит). Храни, тебя Бог!
ЕЛЕНА. Аминь!
З а т е м н е н и е.
2. Квартира Саши. Он входит первым, руки заняты вещами. Елена с цветами в руках, идет следом. Она встретила его на вокзале. Саша вносит объемистую сумку, чемодан и выходит за остальными вещами, которые еще в такси на улице. Елена ищет вазочку, наливает воду и ставит цветы. Саша вносит еще две сумки, и бросается обнимать Елену. Целуются, шепчутся.
ЕЛЕНА. Почему маму не предупредил, вместе встретили бы.
САША. Не хотел волновать. Перелет длинный, остановки в Монреале, затем Амстердам. Мог задержаться. Самолеты похищают, взрывают, берут в заложники, - зачем лишнее беспокойство. Сделаю сюрприз. Кстати, где она может быть?
ЕЛЕНА. Вчера в это время на даче. Я разговаривала. Чувствует себя хорошо. Вероятно и сегодня там. Ждет на следующей неделе. Так и подмывало обрадовать, - завтра прилетаешь. Сдержалась.
САША. (Оглядывают комнату). Все как прежде, будто не уезжал. (Подходит к музыкальному центру, включает радио, и комната наполняется музыкой, обнимает Елену, и они кружатся в танце). Если б знала, как мечтал схватить тебя в объятия! И закружить!.. В Америке совсем по-другому танцуют.
ЕЛЕНА. Проговорился! Часто посещал вечеринки?
САША. Несколько раз с Володькой из Воронежа ходили. Ты не думай чего… Американки мне не понравилась. Ты-то как жила - скучала? (Елена кивает). Ходила по театрам, влюблялась?
ЕЛЕНА. Бесчисленно раз. Дважды едва замуж не выскочила.
САША. Шутишь?
ЕЛЕНА Моих родителей знаешь, - захотела бы - не загуляла. До сих пор пасут как школьницу. Куда пошла? Когда придешь, кто тебе звонит приятным баритоном.
САША. И, правда, кто?
ЕЛЕНА. Завуч по оргработе. Просит кого-то подменить. Ты, лучше, расскажи, сколько у тебя было женщин? Читала, какие нравы в студенческих городках. Видела в кино.
САША. Разве кто заменит тебя, ненаглядная моя! (Целует, раскрывает сумки, вытаскивает коробки, свертки, пакеты. В одном из пакетов оказывается платье - подарок невесте. Елена целует Сашу, рассматривает подарок, прикладывает платье к себе, идет к зеркалу).
ЕЛЕНА. Спасибочко! Восхитительно. Примерю?
САША. Конечно! Лена выходит в соседнюю комнату, а Саша продолжает разбирать вещи, достает несколько пар джинсов, выбирает пару для Лены. Входит ослепительная Елена. Платье сшито, словно на нее.
САША. Кто эта красавица - незнакомка? С какой планеты? (Бросается к ней, обнимает. Они сливаются в поцелуе). Не представляешь, как платье тебе идет!
ЕЛЕНА. Спасибо, милый! (Смотрится в зеркало). Отлично сидит. Как только сумел выбрать?
САША. Помню тебя хорошо. К тому же, в магазине предложили примерить на манекене. Специальные манекены стоят. Ты выбираешь, какой соответствует комплекции твоей подружки. Назвал твои параметры, думал сразу завернут. А продавщицы надели его на манекен, оттащили меня в сторону, и показывают: смотри! Подойдет твоей подружке?
ЕЛЕНА. (Целует). Выбрал - я не сумела бы. Молодец! (Целует, Саша протягивает джинсы) И это мне? (Рассматривает штаны, прикладывает к себе, рассматривает лейб).Ли! Скромный лейб. У нас продают с огромной кожаной заплаткой.
САША. Настоящие штатские. Виктору с кафедры и жене его тоже привез в подарок.
ЕЛЕНА. Джинсами нынче не удивишь. Всех фирм и цветов. Все равно спасибо! (Целует).
САША. Ждала, на аспирантскую стипендию еще бриллиантовое колье с Пятой авеню к платью? На платье наскреб, джинсы - единственное, что мог себе позволить в качестве подарков. Еще несколько книг на русском.(Вытаскивает завернутый в одежду дипломат, который оказывается ноутбуком, открывает, ставит на стол, включает, показывает Елене).
ЕЛЕНА. Ого! У тебя был допотопный, с черно - белым экраном. Купил? В Америке, слышала, бешеные деньги стоит. Дороже, чем у нас! Прибедняешься - аспирантская стипендия.
САША. С божьей помощью. Рождественская история!
ЕЛЕНА. Не поминай имя Господа всуе. Папа реже поминает Господа.
САША. (Радостно, обняв Лену). Я теперь верующий. (Декламирует).
И теперь возвращенною мерою, начерпнувши воды живой,
Бог Вселенной! Я снова верую! И с отрекшимся был Ты со мной.
(А.И.Солженицын. "Снова верую")
В церкви помогли. Дописывал реферат, - устал страшно. Бросил все, как есть, на столе, только комп из сети выключил. Вышел размяться - мяч погонять со студентами. Дверь в комнату, как обычно, не запер. Возвращаюсь - нет компьютера.Бегу в кафе, где видел Мартина - соседа по комнате, спрашиваю его. -Кому нужна твоя рухлядь? Кто-нибудь взял посмотреть. Не волнуйся - найдется. Доложил коменданту, он тоже удивился. Знал, я ноутбук вместо пишущей машинки использую. Ни на что другое не пригоден. - Случается, уносят навороченные ноутбуки, но чтобы старый, 486 модели. Если для музейной коллекции. Проходит день, второй, весь университет уже знает, у русского аспиранта пропал ноутбук. А мне еще стучать и стучать на нем, сроки подпирают. Хорошо, по привычке каждый вечер все переносил на дискеты. Готовая часть реферата сохранилась. В воскресенье в университетской церкви пастор комментировал христианские заповеди и помянул: у русского брата увели компьютер. Не может закончить работу, ради которой приехал в университет. В храме ропот. Вышел свидетельствовать один из прихожан и призвал членов церкви помочь русскому. Короче, прихожане скинулись, и купили мне новый.(Показывает на ноутбук). Не представляешь, как был тронут! Методисты!
ЕЛЕНА. Обеспеченные люди, что ты хочешь! Наши прихожане не так богаты, а не менее отзывчивы. (Рассматривает ноутбук, пишет, меняет картинки). Чудесная картинка!
САША. В Штатах постоянно чувствовал руку Господа. Пойду в библиотеку, другим не найдут, а мне - пожалуйста, - нужная книга. Руководители курса - замечательные мужики. Одновременно со мной стажировку проходил парень из Воронежа. Умнейший мужик, а руководитель темы - хамло попался, завидовал его способностям, придирался. Каждый зачет заставлял три раза сдавать.
ЕЛЕНА. Великолепная игрушка! Про американок ничего не рассказываешь. Не совратили моего жениха?
САША. Кого интересует бедный аспирант из России? (Бросает не разобранные сумки и обнимает Елену, целует). Котеночек, мой пушистый! (Целует волосы). Как приятно пахнут!
ЕЛЕНА. У тебя тоже благородные духи.
САША (Не выпускает её из объятий). Милая ты, моя! О тебе одной думал! И во сне, и наяву. Вспоминал наши прогулки в загородном парке. Улыбку. Глаза. Нашу первую встречу. Одними воспоминаниями и надеждой жил.
ЕЛЕНА. Так и поверила.
САША. Клянусь! Ты обо мне думала?
ЕЛЕНА. Часто. (Отпускает его, отходит). Всю растрепал. Мама сейчас придет, что подумает.
САША. Поймет. Обнимались. Разве нельзя?
ЕЛЕНА. Давай о серьезном. Диссертацию написал, можешь защищаться?
САША. Хоть завтра. Распечатаю и передам оппонентам, сроки от них зависят. Мой шеф готов в любой день к защите. По эмэ-эл мы постоянно контактировались. Будет обо мне, у тебя как с работой, ученики слушаются?
ЕЛЕНА. Слушаются! Учиться не хотят, не занимаются. Девчонки еще что-то делают, а парни... Один секс на уме. Прямо раздевают глазами, бесстыдно рассматривают! Стараюсь приходить в брюках, а завуч возмущается. Старушке скоро шестьдесят, взгляды юных акселератов не волнуют.
САША. (Обнимая Лену, целует ноги). Есть, на что посмотреть, не лишай юношей приятного. Могла бы рекламировать колготки на обложках глянцевых журналов. Может податься тебе в фото - модели?
ЕЛЕНА. Ноги демонстрировать?
САША. Почему одни ноги! Всю себя! Ты у меня красивее всех Мисс Вселенная! (Обнимает и целует Лену)
ЕЛЕНА. Преувеличиваешь. Все равно спасибо за комплименты. Скучал, говоришь?
САША. Дни считал до встречи. Всю комнату увешал твоими фотографиями. Кто ни заходил, подолгу рассматривали и восхищались. Завидовали.
ЕЛЕНА. Рассказала дома, что стал посещать церковь. Папа одобрил. Ждет, станешь его прихожанином. Бабушка, услышала, что к протестантам, обозвала нехристем. Сказала, на порог не пустит, пока не покаешься.
САША. Я покаялся и принял крещение в методистской церкви.
ЕЛЕНА. Будешь ходить к нашим методистам?
САША. Посмотрим.
ЕЛЕНА. Мессией вообразил себя? Не зря дедушка Сталин охранял нас железным занавесом от всяких мунистов - методистов. Если уж стал таким набожным, приходи в родную православную церковь.
САША (перебивает). Протестанты привлекли прямым общением с Богом, без посредника. Кто такой сегодняшний священник, от твоего имени обращающийся к Богу? Обычный человек, может лучше знающий Святое Писание. Тебе никто не мешает изучить. Да зачем далеко ходить за примером? Возьмем отца твоего, Василия Данииловича. Рос пионером, закончил математический факультет, изучал диалектический, исторический материализм. Теперь отпускает грехи, посредничает между Богом и рядовыми верующими.
ЕЛЕНА. Про отца помолчи! Ты ничего не знаешь! Он в трех поколениях из семьи священнослужителей. Если при коммунистах скрывал веру, не боролся, как дедушка, так Господь наказал его и простил.
САША. Ничего против отца твоего не имею. Привел как распространенный пример.
ЕЛЕНА. Скажешь, протестанты никогда не отступали?
САША. Кого больше преследовали при советской власти - баптистов, пятидесятников - протестантские конфессии. Они ушли в подполье, не стали сотрудничать с советской властью.
ЕЛЕНА. Дедушка пятнадцать лет провел в лагерях и тюрьмах. Трижды сажали. Он был православный священник. Как врага народа посадили в тридцать седьмом. В сорок третьем поняли, душепопечительских бесед политрука на фронте мало, и дедушку освободили, направили служить. В пятьдесят втором снова посадили. После смерти Сталина реабилитировали. В пятьдесят восьмом Хрущев опять посадил. (Выходит, Саша продолжает разбирать сумки).
САША. (Нетерпеливо). Куда пропала?
ЛЕНА. (Возвращается в новых джинсах). Как на мне, сзади не висят?
САША. В обтяжку. Не чувствуешь разве? (Бросает свои сумки, подходит и обнимает ее). Подчеркивают все твои великолепные формы - попу, бёдра.
ЕЛЕНА. Мне показалось, свободны.
САША. Так и должна чувствовать себя в настоящих, а не польско-турецких джинсах… Соскучился, не представляешь как! Не отпущу сегодня, останешься у нас. Мама придет, скажу: принимай жену!
ЕЛЕНА. Меня, моих родителей, спросил? Столько ждали, немного потерпим. Пока не оформим все официально, папа с бабушкой никуда не отпустят.
САША. Взрослая, сама можешь принимать решения.
ЕЛЕНА. Не знаешь моих.
САША. (Стискивает ее в объятиях, горячо целует). Девочка ты, моя! Звездочка, я не вытерплю больше.
ЕЛЕНА. (Со смехом). Раздавишь, отпусти!
Саша не отпускает,они шутливо борются, пока не услышали шум в прихожей.
ЕЛЕНА. Мама пришла!
Молодые поднимаются, Елена поправляет блузку, прическу, Саша уходит встречать мать. Слышны радостные возгласы.
З а т е м н е н и е
3.Кабинет отца Василия при церкви. Икона, огромный портрет Святейшего Патриарха всея Руси Алексия II, церковный календарь. На столе оригинальные часы, Библия и несколько священных книг. Кабинет вначале пуст, Василий вводит Юлию, держит её за руки и никак не может насмотреться.
ВАСИЛИЙ. Не могу поверить! Моя Юлька! Подросла немного, или мне кажется?
ЮЛИЯ. Давай померяемся! (Становятся спинами друг к другу, измеряют рост). Почти догнала.
ВАСИЛИЙ. Не забыла, как мерялись ростом! (Поворачивает её к себе, держит за обе руки). Дай, насмотрюсь… Изменница! Почему не писала?
ЮЛИЯ. Не решалась.
ВАСИЛИЙ. Не изменилась! Та же улыбка, зеленые глаза.
ЮЛИЯ. Пой, ласточка, пой! Какие они зеленые? Возмужал… Облачение тебе идет.
ВАСИЛИЙ. Профессор... Не укладывается в голове. Представлял школьницей - девятиклассницей. В памяти, как на фотографии, девчонка с косичками и вдруг вижу взрослую, уверенную в себе красивую женщину.
ЮЛИЯ. Не разочарован?
ВАСИЛИЙ. Стала еще лучше.
ЮЛИЯ. Тоже не могла представить взрослым. Тридцать лет! Жизнь пролетела в одно мгновение. Всё будто вчера. Школьные вечера, наши свидания, ссоры, поцелуи.
ВАСИЛИЙ. Вижу и слышу прежнюю Юльку. Насмешницу и озорницу. Жаль, не подергать за косички.
ЮЛИЯ. Нет давно косичек.
ВАСИЛИЙ. Без них прическа великолепная. Если муж не запрёт в клетке, уведу! Тоже ученый?
ЮЛИЯ. Муж объелся груш. Долго рассказывать. Разошлись. Лет пятнадцать как. Сына одна воспитала, выучила. На "УРАЛМАШе" зам. начальника цеха. Женат, растет сын Лёнька - внук мой. Ты, слышала, отстаешь. Дочь еще собираешься выдать замуж.
ВАСИЛИЙ. Надеюсь. Что мы всё стоим? (Садятся, Василий придвигается ближе к Юлии).
ЮЛИЯ. С женой, что случилось?
ВАСИЛИЙ. Дозу радиации где-то схватила, заболела белокровием.
ЮЛИЯ. В Москву, в Каширку возил?
ВАСИЛИЙ. Там и призвал Господь. Похоронили здесь, на родине, рядом с моими.
ЮЛИЯ. Прости, напомнила о печальном. Не подумала.
ВАСИЛИЙ. Ничего, уже отошел, смирился.
ЮЛИЯ. Не попадет тебе, - принимаешь в храме? Я ведь по разным церквам хожу. Больше по протестантским. Религиозные течения изучаю. Православную церковь критикую.
ВАСИЛИЙ. Протестанткой не стала?
ЮЛИЯ. Для меня все христиане едины. Протестанты ближе к учению Христа. В воскресенье побывала на богослужении у ваших методистов. Люди моего возраста, старше, студенты. В основном интеллигенция. Две сестры - кандидаты наук. Старушек мало. После службы разговорилась с пастором. Интеллигентный молодой человек. Говорит, все пришли к Богу сознательно, большинство бывшие атеисты.
ВАСИЛИЙ. Говоришь, протестанты привлекают. Ты-то против кого протестуешь?
ЮЛИЯ. Не протестую. Не принимаю разделения на католиков и протестантов, православных и старообрядцев. Я за единство всех, кто верит. Конечная цель у всех одна, пути разные. Вспомни слова святого Августина: В главном единство, в спорном - свобода, и во всем - любовь.
ВАСИЛИЙ. И ты заговорила словами заграничных проповедников! Образованная, русская, должна бы понимать, всё это политика. Навязывание американского образа жизни, стирание национального сознания, традиций. Всё направлено на разрушение России.
ЮЛИЯ. Всё мы, Вася, не о том. Столько лет мечтала увидеться! Не дождалась вечера - прибежала. Рад встрече?
ВАСИЛИЙ (целует ей руки). Конечно, Юленька! После звонка всё о тебе думал, вспоминал школу. Ждал вечера, волновался.
ЮЛИЯ. Помнишь, как ухаживал? Целовались.
ВАСИЛИЙ. Помню. Все помню. Счастливое время! Не уехала бы, сегодня были вместе. С Ольгой, моей, жили счастливо, а снилась ты. Слышал голос, смех. Видел зеленые насмешливые глаза. Часто снится, как вместе делаем уроки, решаем уравнения по алгебре и рисуем пестики - тычинки по ботанике. Встречаю из музыкальной школы… И ты, выходит, вспоминала. Почему ни разу не написала за все годы?
ЮЛИЯ. Ты тоже мог при желании найти меня, написать. Я не решалась, а думала часто. Забудешь, твои огромные букеты роз?! Вы с Мишкой рвали в питомнике, рискуя получить заряд соли в одно место. До сих пор снятся эти розы. Какие притаскивал букеты! А как пахли! Больше никто не дарил таких букетов. Кому без меня носил розы - Светке?
ВАСИЛИЙ. Ни кому. И Мишка вскоре перестал лазить. Привязали огромного волкодава и пустили по проволоке вдоль забора... Всё помню. Не одни букеты. Помню, как издевалась над моими записками!
ЮЛИЯ. Не можешь простить?
ВАСИЛИЙ. Писал тебе одной, а ты вслух: приходи на площадь в семь. (Передразнивает). Почему на площадь? Почему в семь? - спрашивала, читая всему классу.
ЮЛИЯ. Охота была подразнить, проверить твои чувства. Бедный краснел, смущался. Не принимал шуток. Сам виноват - слишком много внимания оказывал Светке и Лидочке, что сидели сзади.
ВАСИЛИЙ. На следующий день улыбнёшься, и я прощаю твои выходки. Детьми были.
ЮЛИЯ. Первое время в Свердловске, жуть, как переживала! Вспомню тебя, наш двор, школу, и реву! Мама начала бояться, - с психикой непорядок. Со временем успокоилась. Время лечит. Большой город, новая школа, подруги.
ВАСИЛИЙ. Сколько лет прошло, Господи! Все такая же красивая и жизнерадостная. Уехала, - год места не находил. Девчонки навязывали дружбу, а мне никто не нужен. Одноклассники потешались над моей верностью. Шлю тебе послание за посланием и никакого ответа. Прислала три письма и всё. Почему честно не написала: прощай Вася, я влюбилась.
ЮЛИЯ. Три письма, говоришь? Мне помнится - больше.
ВАСИЛИЙ. Замнем, как говорится. Скажи, лучше, как жила эти годы. Всё в Свердловске?
ЮЛИЯ. Закончила философский факультет Университета, вышла замуж за однокурсника. Его призвали на два года в армию офицером. Направили под Ленинград. Я бездельничала, каждый день ездила в город, сидела в Публичке, ходила по музеям и церквам. Днями пропадала в Эрмитаже. Бывала в костеле и синагоге, у буддистов. Не выгоняли даже из мечети. Как-то подружка привела на праздник в лютеранский храм. Сходили еще раз. Строгость обстановки, величественные звуки органа, брали за душу, переносили в неведомый мир. Вдруг я поняла - вот, где присутствует Бог! Отсутствие икон, скромность напомнили страницы Библии. У католиков и в православной церкви настораживало богатство. Сплошное золото и театральность ритуалов. Люстры сверкают, отражаются в золоте, богатые одежды священников, вензеля, все ломится от золота. Разве народ, что ходит в строгую протестантскую церковь, не чувствует величия Бога? Обязательно священникам быть в дорогих, расшитых золотом парчовых одеждах?
ВАСИЛИЙ. Православным со времен принятия христианства исторически необходим красивый величественный храм, золотые одежды, театральность обряда. Позволяют забыть серую бесправную жизнь, заглянуть в будущее. Нужны и великолепные росписи храмов. Картины из Святого Писания, иконы святых - покровителей и защитников обездоленных. Они, как и светские герои, необходимы обществу. Кому-то необходимо являть пример для подражания.
ЮЛИЯ. (Не слушая Василия, продолжает). И все под многократное: "Господи, помилуй, Господи, помилуй!" (Поднимается, подходит к книжной полке, открывает одну из книг на полке, листает, находит знакомую страницу, цитирует). Страдание возвели в главную добродетель. Ни каких радостей - одно страдание! А еще твой старец Серафим Саровский писал: "Веселость не грех, - она отгоняет усталость, а от усталости, ведь уныние бывает, и хуже его - нет. Оно всё приводит с собою… Нет нам дороги унывать, - говорил он еще, - потому, - что, Христос, все победил, Адама воскресил, Еву освободил, смерть умертвил".
Почему в перестроечное время широкое распространение получили всевозможные протестантские церкви, открытые зарубежными миссионерами? В их доктринах - объединение людей и призыв: радуйся, прославляй Христа, затем уже живи по его заповедям.
ВАСИЛИЙ. Эрудиции твоей позавидуешь. Забываешь об отечественных традициях. Воззрения иноземных богословов нам не приемлемы Нонсенс, чтобы русскими душами занимались заокеанские проповедники. Православная церковь - единственное, что осталось от российской истории, что сохраняет связь времен. Сегодня Россия ищет и никак не найдет национальную идею, которая вселила бы уверенность в будущее, сейчас нам не до духовного экуменизма. Православие пока очень слабо и протестанты в богословии сильнее нас. Но это ненадолго. После долгих лет государственной политики атеизма, церковь поднимается. Пройдет немного времени, и православная церковь отойдет от шока советского прошлого.
ЮЛИЯ. (Перебивает). Слышала такие объяснения. Протестантские богословы всегда были сильнее православных, впрочем, как и католиков, и других религиозных конфессий. Один из нынешних известных политологов дошел до утверждения, что даже ислам не так нам страшен, как протестантизм. Народ, мол, видит различие между мечетью и церковью, а разницу между христианскими церквями не понимает, вот и внимает призывам иностранных миссионеров. Большую чушь не придумаешь! Наоборот, всем христианам пора объединиться перед лицом глобального наступления ислама! (Ставит книгу на место, берет Василия за руку). Извини, Вася! Не собиралась спорить или учить. Спешила встретиться, думала, вспомним юность, школу, а разговор повернулся на серьезную тему. Хотела узнать, давновдовствуешь, вспоминал ли меня.
ВАСИЛИЙ. Вот и рассказывала бы про себя, а то принялась учить православного священника в третьем поколении! Признайся, отчего с мужем разошлась? Тоже часто спорили?
ЮЛИЯ. Спорить - спорили. По философским вопросам, а разошлись элементарно. Пил. Служба в армии понравилась, решил остаться в кадрах. Поставили начальником гарнизонного Дома офицеров, работа - не бей лежачего, от безделья запил, закрутил романы с офицерскими женами. Плюнула я, и вернулась к родителям в Екатеринбург. Поступила в аспирантуру, засела за кандидатскую, благо материала в Ленинграде набрала с избытком.
Диссертацию посвятила религиозно - философским проблемам. Как дань времени, конечно, с атеистических позиций марксизма - ленинизма. Понятно, не верила я ни какой религии, а воспринимала всё как занимательные легенды и сказки, позволяющие судить об исторических этапах человечества. Наивные вопросы студентов трогали, и на лекциях с удовольствием рассказывала библейские мифы, разъясняла сюжеты известных живописных полотен.
ВАСИЛИЙ. Несколько поколений выросли, ничего не зная о мировой культуре, а она во все века была тесно связана с религией.
ЮЛИЯ.В начале 90-х в город приехали американские проповедники. Приглашали их в Университет для практики в английском, много общались. Знакомство с американскими миссионерами, новыми, закрытыми при советской власти работами классиков мировой философии, на многое открыло глаза.
ВАСИЛИЙ. Выходит, к протестантам тебя привели все-таки американцы.
ЮЛИЯ. Не меня одну. Русская православная церковь должна быть благодарная миссионерам, приехавшим с перестройкой в страну. Своими проповедями на стадионах и во Дворцах спорта, с экранов телевидения они заставили советских людей вспомнить о Боге.
ВАСИЛИЙ. Не только они.
ЮЛИЯ. Скажи кто-нибудь, что встречи с миссионерами в Екатеринбурге станут поворотными в моей судьбе и приведут в смятение сложившееся мировоззрение, посчитала бы сумасшедшим. После отъезда иностранных миссионеров, мы с друзьями продолжали собираться, читать и обсуждать религиозные трактаты, вести богословские дискуссии. Поначалу это были посиделки, на которых много спорили. В те дни я начала задавать себе вопрос, для чего прихожу, если ничего полезного для себя не жду. Но что-то тянуло, я продолжала ходить. Было интересно. Другое измерение жизни. У всех у нас был тогда какой-то мечтательный период. Читали Бердяева, Ильина, спорили о душе, задавались вопросами, есть ли жизнь после смерти.
ВАСИЛИЙ. Из Университета не погнали?
ЮЛИЯ. Начиналась эпоха перестройки. Ни я одна из университетских преподавателей посещала эти собрания. Любопытно, как я, атеистка, посвятившая профессиональную карьеру разоблачению религиозного "дурмана", пришла к Богу? Постепенно шаг за шагом, с переменным успехом, пересматривала свои убеждения, все ближе подходила к раскаянию и пониманию Бога. Не скажу, что в какой-то день во мне произошел перелом. Происходил и происходит постепенно. Переход багажа имеющихся знаний в новый опыт. Многое происходит помимо моего желания. Наступил момент, и я вдруг обнаружила, что все чаще в мыслях обращаюсь к Богу. И нет уже дороги назад. Во мне происходила непонятная трансформация, а я не знаю, хочу ее или нет... Часто задаю себе вопрос: верую я, или нет. Порой кажется, в нужный момент смогу из этого состояния выйти, а пока поиграю. Почувствую, что слишком завлекает новое состояние - уйду. Кстати, и апостол Иоанн в своем Евангелии поддерживает меня. "И если кто услышит Мои слова и не поверит, Я не сужу его, ибо Я пришел не судить мир, но спасти мир" (Ин. 12:47).
ВАСИЛИЙ. Шпаришь цитатами, как профессиональный проповедник.
ЮЛИЯ. Профессия.Читаю много.
ВАСИЛИЙ. Так и не понял, веришь ты в Бога или нет?
ЮЛИЯ. Верю, что помимо окружающего мира существует еще другой - духовный мир. Не понятый, не познанный пока, но он есть. Интеллигентные люди всегда жили и живут с Богом в сердце. Нельзя жить без веры. Очень хорошо сказал Бердяев:"Мир без Бога, - лишен смысла и случаен. Если нет Бога, то нет Тайны. Если нет тайны, то мир плосок и человек двухмерное существо, неспособное восходить в гору. Если нет Бога, то нет победы над смертью, нет вечной жизни, все лишено смысла и абсурдно".
ВАСИЛИЙ. Я бы эту цитату из Бердяева поместил эпиграфом к нынешнему учебнику философии.
ЮЛИЯ. Читаешь учебники философии? Философы и без Бердяева задаются вопросом, зачем мы живем. Замечаешь, мы все время перебиваем друг друга?
ВАСИЛИЙ. Столько лет не виделись. (Взял её руки в свои, целует). Эх, Юлька, зачем ты тогда уехала?
ЮЛИЯ. Разве я? Родители. (Снова подходит к книжной полке, из нескольких книг Библий достает небольшую подержанную книжицу в кожаном переплете).
ВАСИЛИЙ. Аккуратно, пожалуйста, с этим Евангелием. Наша семейная реликвия. Когда мне плохо, или накатывают сомнения, я подержу его, полистаю, и вместе со Словом Божьим входит в меня Дух Святой, я вдруг чувствую дыхание тех праведников и грешников, которым преподавал с этой книгой отец. Он пронес это Евангелие через сталинские лагеря, тюрьмы и пересылки. И везде проповедовал. Сколько раз у него отнимали книгу, но Господь всегда находил возможность, вернуть её. (Юлия продолжает листать старинное Евангелие, затем ставит на место). Если хочешь найти цитату, возьми Библию рядом, в коричневом переплете.
ЮЛИЯ. Из Библии не цитаты выбирают, а стихи. Лет пятнадцать назад, не поняла бы, как после университета, прикладной математики и вдруг - в священники. Сегодня понимаю.
ВАСИЛИЙ. Поздно надумал изменить жизнь и продолжить семейную традицию. Мама с отцом еще в школе наседали: Бог тебя ждет! Ждет твоего раскаяния. Мечтали, в семинарию поступлю. Я поступил на физмат. После университета получил направление в главк, где начали внедрять электронно-вычислительную технику - ЭВМ. В то время она никому не была нужна и работа не приносила удовлетворения. А мы с мамой и женой уже ходили в церковь. Читали церковные книги. Короче говоря, решился поступить в семинарию.
ЮЛИЯ. Не знала.
ВАСИЛИЙ. В тайне, наверное, я всегда верил, - сказывались гены, воспитание. Бабушка молилась и меня учила. Крестила, маленького водила в церковь. Стал пионером, - отказался, стыдно было. Что папа священник, долго не знал. Бабушка и мать скрывали, - помнишь, в какое время жили. Про верующих родителей никому не рассказывал. Мне было пятнадцать, когда отец в последний раз возвратился из тюрьмы. Три срока за веру отмотал, как теперь говорят мои тюремные прихожане. Было ему чуть за пятьдесят, а выглядел стариком. Другим его и не помню. Мама рассказывает, в молодости был высокий и статный. Согнутый годами лагерей, он казался маленьким безобидным старичком - божьим одуванчиком. Стоило ему заговорить, - преображался! Перед вами оказывался другой человек, духовно не сломленный, ростом становился выше. А как говорил! Теперь я понимаю, у него был профессионально поставленный голос проповедника. Запали в душу его неземные слова о доброте человеческой и страданиях, о любви к ближнему. В полной мере осознал, кто мой папа, когда он умер. На похороны приехали церковные иерархи со всего Поволжья, из Москвы. Оказалось, его хорошо знали и очень уважали в российской православной церкви.
ЮЛИЯ. Жена и дочь как встретили поворот на религиозную стезю?
ВАСИЛИЙ. Ольга разделяла мое стремление, Аленке было одиннадцать, девчонка, ничего не понимала. Теперь невеста - 23 года, учительствует. Не скрывает, что отец священник. На днях приехал ее жених - аспирант нашего университета. По обмену целый год в Америке обучался. Посылают нравственно не окрепших юнцов. Как и ты, заразился американской идеей религиозной конвергенции. Ленка рассказывает, принял у протестантов крещение, если не путаю, - у методистов. Не знаю, как теперь привести его в православную церковь. Нечего русскому человеку множить ряды протестантов. Тебя я тоже приведу в нашу церковь.
ЮЛИЯ. Смешиваешь веру и патриотизм. Если русский - обязательно православный? (После паузы, во время которой внимательно рассматривала Василия). Опять разговор вернулся на церковные темы. Расскажи, как живется в миру, встречаешься с женщинами, ходишь в кино, театр?
ВАСИЛИЙ. С женщинами? Как можно?! В театр хожу, кино изредка смотрю по телевизору. Какие нынче фильмы - один секс и насилие. Приглашают освятить новый банк, ресторан или колледж. С дочкой бываю на выставках. Недавно в наш художественный музей привозили экспозицию картин из Третьяковки. Есть машина, лодка моторная, люблю с удочкой посидеть, спиннинг покидать. Обожаю рыбалку.
ЮЛИЯ. Современный поп!
ВАСИЛИЙ. Не называй так. Не люблю это слово, на память сразу приходят анекдоты, или пушкинский поп - толоконный лоб. Ко мне обращаются: отец Василий, батюшка, священник. На светские тусовки не хожу. Не потому, что сан не позволяет - не интересно, да и не в моем возрасте тусоваться с молодежью. Кстати, на новогоднем губернаторском балу был.
ЮЛИЯ. И танцевал?
ВАСИЛИЯ. Нет, конечно. Епископ присутствовал и меня пригласил. Модой стало приглашать священнослужителей на каждое мало-мальски значительное мероприятие. Стараюсь по возможности избегать.
ЮЛИЯ. (Смотрит на часы, встает). Ой, задержалась! А мы так и не поговорили толком. Мне встреча назначена в администрации города. Не могла дождаться восьми часов - прибежала. Очень рада, - увидела тебя
ВАСИЛИЙ. Я тоже. Вечером ждём. При маме о протестантах особенно не распространяйся. Для нее кроме православных никого не существует. Я провожу. (Провожает). Наговоримся еще, надеюсь.
ЮЛИЯ. Обязательно. (Она обнимает его, целует). Тебя не шокирует? У протестантов принято. Ведь все мы братья и сестры. Василий качает головой, и они выходят. Какое-то время сцена пуста, возвращается Василий.
ВАСИЛИЙ. Как прекрасно выглядит! Не постарела. А Библию знает! Что привела из Августина? "В главном - единство, в спорном - свобода, и во всем - любовь". Как умно сказано! (Какое-то время сидит молча за столом, затем опускается на колени перед образами, крестится, молится). Господи, Иисусе, милостивый и всепрощающий, прости меня, удержи от этой женщины! Господи, дай силу и душевное спокойствие, дай предаться всецело воле Твоей Святой! Боже, очисти мя грешнаго и помилуй мя. Помоги не думать о ней! Я боюсь. Боюсь искушения. Бес в облике когда-то любимой девушки! Избавь от наваждения! Ты не позволишь твоему чаду потерять голову … Укрепи мою волю! Пусть Твоя воля и любовь направляют все мои помышления и дела. Отче, пусть воля Твоя пребудет ныне и вечно. Аминь.
З а т е м н е н и е
4. Квартира Покровских. Агафья Ермиловна пишет под диктовку Анны Герасимовны очередное письмо в Чечню. Елена за другим концом стола правит тетради.
АННА (диктует). Маша все наши сбережения потратила на поездку в Чечню. Ваш человек по имени Иса - у него один глаз, забрал у неё деньги. Обещал устроить свидание и сбежал. Маша вернулась ни с чем.
ЕЛЕНА. (Оторвавшись от тетрадей). Теперь кому отправите?
АННА. Басаеву. Чует мое сердце, не дошли наши письма. Перехватили.
АГАФЬЯ. Анна Герасимовна надеется. Надежда горы двигает.
ЕЛЕНА. Письмо не дойдёт до него, как не поймете?
Агафья делает знак рукой Елене не встревать в разговор.
АГАФЬЯ. Анна Герасимовна лучше знает. Заказным пошлем.
АННА. В горах мог не получить мои письма. Могли затеряться. Уверена, если получит, - поможет. У него тоже сын.
ЕЛЕНА. (Не громко, продолжая править тетради). Святая простота!
АННА. (Диктует). Вы найдите Ису, он знает, где держат майора Родиона Прохорова.
Звонок в прихожей, Елена выходит и возвращается с Сашей.
АГАФЬЯ. Кто бы это?
САША. Добрый день, Агафья Ермиловна. И Анна…Герасимовна (подсказывает Елена). Здоровье, надеюсь в порядке, выглядите обе великолепно.
АГАФЬЯ. Будет, дифирамбы петь. Какое у нас здоровье, Анна Герасимовна совсем ослепла, как Родион пропал в Чечне. Скажи-ка, правда, что в Америке в сектанты подался, на собрания их ходишь?
САША. (Лене). Ты рассказала? Я же объяснял.
ЕЛЕНА. Для бабушки все не православные - сектанты.
САША. Методистская церковь такая же христианская, как и православная, единственное отличие - нет икон и не чтят святых, о которых не сказано в Библии. Нет разной мишуры и самодеятельности, привносимой людьми. Методично следуют учению Христа и Святому Писанию. В России церкви методистов действуют с девятнадцатого века. Общины во всех крупных городах.
АГАФЬЯ. Оставь свои объяснения студентам. В России одна вера. Не отдадим тебе Алену. Дочь православного священника не пойдет за иноверца.
САША. Она взрослая и сама решит.
АГАФЬЯ. Алена, расскажи жениху, что говорил отец. (Елена складывает тетради, уносит в другую комнату. Саша следует за ней. Анне). Достали антихристы! Повадились - приходят, звонят, несут свои журналы, книги. А тут еще жених Ленкин свихнулся. Посылают учиться за границу, а они и везут оттуда заморскую моду.
АННА. Что творится в миру - не понять. Куда Господь смотрит? Давно пора людям задуматься, что творят. Бог терпелив, но и у Его терпения есть конец.
АГАФЬЯ. Прости, Господи! Вывел из себя антихрист. Давай, Анна, писать дальше, а то ужин пора готовить.
АННА. Почитай-ка, на чем остановились.
АГАФЬЯ. Уверена, вы поймете, у вас тоже есть сын.
АННА (продолжает диктовать). Потому поймете чувства матери и сестер…
З а т е м н е н и е
4а. Комната Елены. Елена в объятиях Саши плачет.
ЕЛЕНА. Бабушка с папой не позволят. Папа агрессивно настроен. В город вернулась его юношеская любовь. Профессор Университета. Он будто помолодел, забытые чувства проснулись. А православному священнику, и думать о своем счастье не полагается.
САША. Новая заведующая кафедрой философии школьная любовь отца? Вот это да! Что мешает соединиться, если любят? Оба одиноки.
Я толкую, а до тебя не доходит. Жениться можно до того, как принял сан. Священник - вдовец не в праве жениться. Давно бы женила отца.
САША. Профессор - симпатичная, сказал бы, даже, красивая моложавая женщина.
ЕЛЕНА. И мне понравилась. Приходила к нам, видели. Ровесница папы, а выглядит намного моложе. Из-за неё папа сам не свой.
САША. Познакомился с ней, - не догадаешься где. Встретились на богослужении у методистов.
ЕЛЕНА. Вот, не подумала бы! Интересно, папа, знает? Профессор, доктор философии, и вдруг такой интерес к религии, да еще протестантской.
САША Ничего удивительного. Это ты не понимаешь, почему именно протестанты пробудили у меня интерес к Богу. Демократичностью, свободой.
ЕЛЕНА. До Америки и в церковь ни в какую не ходил.
САША. Бывал изредка из любопытства. Не понравилось, не убедили.
ЕЛЕНА. Американцы убедили? Папа не благословит нас, бабушка говорит, ноги твоей не будет в доме. Мне все равно атеист ты или протестант. Родители не примут тебя. Прошу: не упирайся! И мама твоя солидарна со мной, поддерживает. Не зачем искать Бога где-то за три девять земель, у американских миссионеров. Если свихнулся на религиозной почве, мучают сомнения, иди в нашу церковь, там ищи Бога. Поговори с папой, он откроет тебе глаза.
САША. "Царство Божие в нас самих и в том, что вокруг нас. А не в постройках из камня и дерева", - так, помнится, устами Фомы говорил Иисус в своем Евангелии. Читала не канонические Евангелия?
ЕЛЕНА. Тебе мало канонических, читаешь еще не канонические? Наша семья живет по канонам православия. Решай. Родителей не ослушаюсь. Любишь меня? Уступи! Не могу я ссориться с бабушкой и отцом. Мама рано умерла, знаешь. Они меня воспитали, им всем обязана. Не забывай, отец известный в городе человек. Что люди скажут, окажись в семье иноверец?
Саша оставляет Елену и нервно ходит по комнате. Елена перебирает тетради, отделяет уже проверенные.
САША. Это я - иноверец!
ЕЛЕНА. Ничего не знал о протестантах и этих, как там… методистах, и вдруг стал их последователем.
САША. И раньше задумывался, почему образованные интеллигентные люди верят в Бога? Ученые, академики - биологи, химики. В Америке понял. Зашел из любопытства на службу, послушал, посмотрел. Сидят профессора, ученые, их жены, дети, очень много молодежи. Все просто, по-семейному. Хором поют, слушают проникновенные проповеди. Общаются с Богом. Раз, другой побывал, и затянуло. Что было глубоко спрятано во мне, получило выход. Оказалось созвучно мыслям, я не раб, родился не для страданий во имя будущей жизни на небесах, как призывают у нас. Иисус пострадал за нас, и смыл наши грехи. Всю жизнь был атеистом, не верил ни во что. Теперь, кажется, понял, человек не может жить без Бога.
ЕЛЕНА. Да разве я против?! Вера дело сугубо личное. Веришь - верь. Хочу только, чтобы не выпендривался, не лез на рожон. Любишь, - сделаешь, как прошу.
САША. Ты тоже уперлась - родителей не ослушаюсь. Почему, как хочешь ты, а не мы? Любишь - принимай. В Америке сплошь и рядом в семье отлично уживаются христиане разных церквей. Возьми президента Клинтона, - он баптист, жена Хилари - методистка. Вся семья Буша - методисты. Бывший мэр Нью-Йорка Джулиани - католик, а жена баптистка. (После паузы). Собирались поговорить о свадьбе.
ЕЛЕНА (перебивает). Свадьба отменяется!
САША. Даже так? (Он обнимает Елену, она вырывается).
ЕЛЕНА. Я всё сказала. Подумай на досуге!
САША. Давай вместе подумаем, не будем пороть горячку.
ЕЛЕНА. Всё обдумала. Любил бы, - не упирался.
САША. Твое последнее слово? Хорошо. Я пошел, а ты подумай. (Встает, вопросительно смотрит на Елену, она строга и непреклонна). Телефон знаешь. (Направляется к выходу).
ЕЛЕНА. И ты наш телефон, надеюсь, помнишь. (Саша выходит, Елена плачет).
З а т е м н е н и е.
4б. В гостиной. Агафья закончила письмо и складывает в конверт.
АННА. Заказным отправь. Схожу, принесу деньги.
АГАФЬЯ. Какие деньги! Что, у Алены рубля не найдется на заказное письмо? Отправим, не волнуйся. (Из комнаты Елены в гостиную входит Саша). До чего договорились?
САША. Ни до чего.
АГАФЬЯ. Жаль. Подался заграничной моде. Парень ты симпатичный, мне нравился.
САША. До свидания!
АГАФЬЯ. Прощай!
АННА. Жених Ленин?
АГАФЬЯ. Был жених.
АННА. Видела его раньше?
АГАФЬЯ. До поездки в Америку, несколько раз заходил. Вряд ли помнишь. (Поднимается, кладет письмо на буфет). Пойдешь к себе или со мной на кухню?
АННА. Спасибо. Пойду, мясо поставлю. Валентина наказала бульон приготовить.
Анна поднимается, Агафья помогает, они идут к выходу.
З а т е м н е н и е
5.Дома у Юлии. В красном углу икона Божьей матери. Юлия и Саша.
ЮЛИЯ. (Листает стопку листов - диссертацию Саши). Посмотрю внимательно. Если что - карандашиком легонько отмечу. На кафедру зарубежной истории вернетесь? (Саша кивает). Что за курс собираетесь читать?
САША. Историю США. Восемнадцатый век.
ЮЛИЯ. Слышала, в Америке пришли к Богу?
САША. Не знаю пока. До Америки равнодушен был к религии. Не задумывался. А там, при университете методистская церковь. Из любопытства стал ходить и что-то во мне пробудилось. Не поверил в Бога, но задумался. Понравилась демократичность методистов - все братья и сестры, друг друга знают. Побывал в других американских церквах, и везде поражал дух необъяснимого единства. Нет разобщенности, как в нашей церкви, где никто друг друга не знает. Отстояли службу, помолились и по домам. После службы методисты еще долго общаются. Устраивают общие воскресные обеды, на неделе собираются у кого-то, вместе читают Библию, потом спорят до хрипоты. И, конечно, проникновенные проповеди.
ЮЛИЯ. Вроде клуба по интересам?
САША. Отчасти. Без выпивки. Все строго и не скучно. Песни поют, делятся своими семейными проблемами, анекдоты рассказывают.
ЮЛИЯ. Любопытно.
САША. Побывал на их службах, и стало так завидно! Решил, приеду домой - разберусь, почему в нашей церкви так грустно. Казалось бы, наоборот, у нас все торжественнее, красивее, а глаз не радуется. Люди хмурые, нет радости от общения с Богом. Нет общности, церковного братства. Единения.Каждый сам по себе.
ЮЛИЯ. Знаете, Александр Николаевич, меня это тоже волнует.
САША. Проповедей не хватает православным. Слов священника. Которые брали бы за душу, доходили до сердца. Что такое литургия? Красивый обряд, приуроченный к тому или иному дню, чаще не понимаемый верующими. Всё далеко от сегодняшних мыслей и забот прихожанина. А проповедь строится на параллелях Библейских истин и проблем сегодняшнего дня.
ЮЛИЯ. Согласна с вами. Много проблем, о которых следовало бы говорить в церкви. Сексуальная распущенность молодежи и сквернословие, блатной жаргон, вытесняющий из обихода русский язык. Курение, наркомания. Или оценка с позиции церкви культового фильма, что показали на неделе по ТВ. Священник обязан пробуждать у верующего мысль. Раздается телефонный звонок.
ЮЛИЯ. (Неохотно поднимает трубку). Я слушаю… И вам мир и благословение Господа. Когда? С проповедью?.. Господь с вами! Какой я проповедник! Так… Выступаю с лекциями, касаюсь религиозных вопросов. Не знаю, что получится - проповедь или лекция. Не боюсь. В Екатеринбурге выступала в женском СИЗО. Опыт тюремного общения имею… Меня встретят?.. Хорошо. И вас храни, Господь. (Опускает трубку). Лютеранский пастор просит выступить перед заключенными, рассказать об известных библейских личностях.
САША. В колонии, мне рассказывали, регулярно проводятся богослужения. Зэки и храм небольшой построили.
ЮЛИЯ.Хорошо, если встречу людей, хоть немного знакомых со Словом Божьим.
САША. (Перебивает). Отец моей невесты тоже служит на зоне.
ЮЛИЯ.Вернемся к диссертации. С оппонентами познакомились?
САША.Со студенческой скамьи знаком. Надеюсь, не станут придираться на защите.
ЮЛИЯ. Прочитаю, постараюсь что-то подсказать. (В прихожей звонят, Юлия выходит и возвращается с отцом Василием в цивильном костюме). Вот кого не ожидала! (Саше).К нам почетный гость - отец Василий. (Саша встаёт,виновато потупив взор).
ВАСИЛИЙ. Мир дому сему! (Саше, он смущен). Ба, знакомые все лица!
ЮЛИЯ. Александр Николаевич диссертацию принес показать. Не успела в университетские проблемы окунуться, - избрали в ученый Совет.
ВАСИЛИЙ (Саше). Видел тебя вчера в церкви. Почему не подошел?
САША. Расстроился.В очередной раз пытался понять православное богослужение. Одни несчастные, обиженные судьбой старухи. В православии человек - раб Божий, а рабство избавляет от ответственности. Прежде всего - перед самим собой. Какая может быть ответственность у раба? За него все решает господин. У протестантов чувство ответственности преобладает. В Америке поразили счастливые лица. Люди, довольные жизнью. Не надломленные, пережившие личные трагедии и неурядицы, а всем довольные, процветающие.
ВАСИЛИЙ. Вчера будний день, приходи в воскресенье и увидишь других людей. После наших президентов многие, кто раньше стеснялся, стали бывать на службе. У американцев, с их вечным fine и very well, посещение церкви традиция, дань хорошему тону и никакой глубокой веры.
ЮЛИЯ. Традиция не плохая. Каждая проповедь оставляет что-то в сердце. Как апостол Павел говорил: "Вера от слышания, а слышание от слова Божия". (Рим. 10;17). Мне звонил лютеранский пастор. Попросил поехать в колонию с лекцией о зарождении христианства, что скажешь?
ВАСИЛИЙ. Поезжай. Дело благое. Только не заморочь им головы. У бедных зэков голова кругом идет. Всевозможные миссионеры в очереди стоят нести свою правду. Адвентисты, Свидетели Иеговы, исламисты, пятидесятники. Начальство, не разбирая, что за проповедник пришел, сгоняет бедных зэков в красный уголок и принудительно заставляют слушать всех подряд. Представляешь, какая каша у человека в голове?
САША. Надо объяснить начальству, чтобы допускали только христиан и представителей традиционных конфессий.
ЮЛИЯ. Кто бы ни приходил, если зовёт к Богу, рассказывает о возвышенном - хорошо. Только через Библию, проповеди можно привести человека к Богу. Православная церковь не использует все возможности радио, телевидения. Лишь два праздника - Рождество и Пасху показывают, и то поздней ночью. Священное Писание надо изучать и пропагандировать. Регулярно, изо дня в день по радио, на телевидении. Как это делают иностранные миссионеры на наших телеканалах. Роберт Шуллер, Рикк, Коупленд, Билли Дагертти и другие.
ВАСИЛИЙ. Я с тобой согласен. Не используем всех возможностей современного просветительства. Кому, как не нам, православным, окормлять заблудшие души. И миссионерством пора шире заняться, особенно среди молодежи. Людей подготовленных не хватает, тех же денег.
ЮЛИЯ. Нашлись бы при желании. Восстанавливать разрушенные церкви в провинции, где на сотни километров ни одного храма, действительно, необходимо, а в столичных городах можно и подождать. Деньги с большей пользой направить на духовное пробуждение.
ВАСИЛИЙ. Горячо болеешь за православных, а сама не верующая, поклоняешься протестантам.
ЮЛИЯ. Я русская. Россиянка. Мне не безразлично духовное здоровье нации.
САША (поднялся, собрался уйти). Я пойду.
ЮЛИЯ. Ой, Александр Николаевич, забыли о вас, извините. Мы с Василием Данииловичем, как встретимся, обязательно пускаемся в дискуссию.
САША. Да мы уже всё обговорили.
ЮЛИЯ. К пятнице прочитаю и буду готова поговорить.
САША. До свидания, Юлия Иннокентьевна! В пятницу позвоню. До встречи, Василий Даниилович!
ВАСИЛИЙ. Не беги. Давай обсудим твои проблемы с профессиональным философом. Может она наставит тебя на путь истины.
САША. Нет у меня никаких проблем. А Юлия Иннокентьевна меня понимает.
ВАСИЛИЙ (рассматривает фотографий, что лежали на столе). Тебе виднее…Что ж, с Богом!
ЮЛИЯ. (Провожает Сашу и возвращается). Чего ты к нему пристаешь? Нравятся протестанты, пусть ходит к ним. (Замечает, что Василий рассматривает фотографии). Вспоминаешь? Перед экзаменами, в девятом снимались. Или не было экзаменов в девятом? Запамятовала. Александру Николаевичу показывала наших педагогов.Он, оказывается, нашу школу заканчивал. Никого не узнал.
ВАСИЛИЙ. Сколько лет минуло! Наши учителя к его времени были на пенсии, если еще живы. И одноклассников почти не осталось в городе, разъехались кто куда. К двадцати пятилетию окончания школы Майка Морозова пыталась собрать наших. Отметить юбилей. Не получилось. Нашла девять или десять человек.
ЮЛИЯ. Из тридцати с чем-то.
ВАСИЛИЙ (продолжает рассматривать фотографию). Вот она, Морозова! Медсестра в областной больнице.
ЮЛИЯ. Такая же колобок?
ВАСИЛИЙ. В десятом вытянулась, похудела. Прошлым летом встретил на улице, - отлично выглядит. Троих родила.
ЮЛИЯ (вместе с Василием рассматривает другую фотографию). Мишку Самойлова, видишь? Он мне в Свердловск первое время писал.
ВАСИЛИЙ (склонился вместе с ней над фотографией). Духи у тебя замечательные. И сама выглядишь великолепно.
ЮЛИЯ. Спасибо.
ВАСИЛИЙ. Отвечала ему?
ЮЛИЯ. Несколько раз. Тебе больше писала.
ВАСИЛИЙ. Он не рассказывал. В городе он. Видимся изредка. В архитектурном отделе администрации. Начальник. Растолстел - не узнаешь. Подозревал, что он тайно влюблен в тебя. Наша дружба не позволяла ему признаться.
ЮЛИЯ. Светку Каплан видишь? Она чем занимается? (Достает чашки, включает самовар на столе).
ВАСИЛИЙ. Бизнес - леди. Работала закройщицей в Доме моделей, а в перестройку собственное ателье мод открыла. Потом уехала с мужем в Израиль, сейчас представляет какую-то израильскую фирму в Москве. Больше у нас торчит, чем на земле обетованной. Несколько лет назад с группой паломников посещал святые места и пытался разыскать ее в Иерусалиме. Встретился с детьми, а она была в Москве. С первым мужем, что вывез ее, рассталась, теперь в гражданском браке с москвичом.
ЮЛИЯ. Чай или кофе? Чибо растворимый.
ВАСИЛИЙ. Чайку. Покрепче и без сахара.
ЮЛИЯ.(Юлия разливает по чашкам чай, садится рядом). Молодец, что пришел. Я уж сама хотела позвонить, пригласить.
ВАСИЛИЙ. (После паузы). Ноги сами привели. Откровенно, не знаю, зачем пришел.
ЮЛИЯ (лукаво улыбается). Меня увидеть.
ВАСИЛИЙ. После твоего визита к нам, молил Господа удержать от встреч. Молился.
ЮЛИЯ. Интересно. Что же Господь ответил на твою молитву?
ВАСИЛИЙ. Молчал. Не одобряет Он мои чувства.
ЮЛИЯ. И все же пришел. Какие мысли, поделись.
ВАСИЛИЙ. Не скажу!
ЮЛИЯ. Признаюсь, тоже много думала. После встречи с твоим семейством, несколько ночей не могла заснуть. Давно не чувствовала себя такой растерянной. Просыпаюсь в полной депрессии. Вставать не хочется…Ничего не хочется, грызет обида не понятно на что. На жизнь? Вернулась в Свердловск, - не раз собиралась написать тебе. Садилась, брала бумагу, ручку и вспоминала, - наверняка у тебя жена, дети. Была уверена, живешь на старом месте. Что пойдешь по религиозной стезе, в голову не приходило. Ваша семья всегда удивляла необъяснимой стабильностью, надежностью, уверенностью, чтобы не сказать консерватизмом. Не обижайся, - напоминала купеческий дом героев драм Островского. С опаской входила к вам, когда приводил. Чего боялась - не понятно. Мама и бабушка встречали радушно, сажали за стол. Петя - брат твой, ухаживал,аж становилось неудобно перед тобой.Не ревновал?
ВАСИЛИЙ. Немного. Прощал. Стоило появиться тебе в доме, а сегодня встретить ему на улице красивую женщину, весь преображается. Женат в третий раз.
ЮЛИЯ. Вась, а школу нашу вспоминаешь? Как провожал, просил разрешения нести портфель, а я не давала - стеснялась девчонок.
Все погружается в темноту, а затем мы видим молодых Юлю и Васю, - скорее всего это молодые актеры. Идет объяснение, звучат мелодии 60-х. Как сделать этот фрагмент - плод фантазии режиссера.
Комната Юли. Она с перевязанным горлом сидит за столом над уроками, рядом Вася то сидит, то встает и пытается приласкать её, поцеловать, она вырывается.
ЮЛЯ. Светка дала отворот - пришел ко мне?
ВАСЯ. Какая Светка, ты о чем?
ЮЛЯ. Почему вчера не зашел, как обещал? Светку пошел провожать? Мне доложили. Если заболела и не пришла в школу, уже хвост трубой.
ВАСЯ. Утром до школы забегал проведать. После обеда мама твоя была дома. Я в окно видел.
ЮЛЯ. И ты застеснялся? Предпочел потащиться к Светке.
ВАСЯ. К ней сразу после уроков пошел. Извини, Юля! Честное слово, постеснялся маме твоей опять на глаза показываться. К Светке ходил за плёнками. Её брат достал новые записи Окуджавы, и она дала мне на два часа переписать. (Разворачивает сверток и достает кассету - катушку) Принес послушать. Поставить?
ЮЛЯ. Начинается кассету послушать, потом книгу дам… Включи маг. (Включают магнитофон, звучит что-то из 70 -х. "Последний троллейбус", "Я дежурный по апрелю", " Ах Надя - Надечка" и т.п.)
ВАСЯ. Юленька, солнышко мое, прости. Неужели подумала, меня интересует эта длинноногая селедка?
ЮЛЯ.Замечала на уроках, посматриваешь в ее сторону, глазки строишь.
ВАСЯ. Ни на кого, кроме тебя, не смотрю.
ЮЛЯ.На меня тоже не надо смотреть - не картина. И на переменах не подходи. Смеются в школе, дразнят невестой. Историчка на днях подколола маму, не слишком ли близкие отношения у нас. Мама потом два часа пытала, какие они у нас. Ладно, помолчи, дай, послушаю.
ВАСЯ. Я и так молчу, ты все говоришь. (Снова встал, обнял и поцеловал Юлю. Она не противится, но остается холодной).
ЮЛЯ. Заразишься! Не мешай, я слушаю. Оставишь пленку, я слова перепишу?
ВАСЯ. Поцелуешь, - оставлю.
ЮЛЯ. Не заслужил.
ВАСЯ. Я исправлюсь.
ЮЛЯ. Обещаешь, больше ни на кого не смотреть? (Вася кивает, и она притягивает его голову, целуются). Всё! Хватит. Мама сейчас придет, во второй смене у неё всего два урока.
ВАСЯ. Не хватит! (Целует её, она отвечает. Поцелуи, наконец, заканчиваются, Юля встает). Как не хочется уходить… Принимай все таблетки, - скорее поправишься.
ЮЛЯ. Горстями пью. Думаешь, мне нравится болеть? Соскучилась по школе, по улице! (Обнимает и целует Васю). Ну, всё, иди! Я буду уроки делать. (Провожает Васю и оба пропадают, продолжается прерванная сцена. Снова квартира, которую снимает Юлия).
ЮЛИЯ. Что задумался?
ВАСИЛИЙ. Эх, Юлька! Я ведь люблю тебя! Ты понимаешь?
ЮЛИЯ. Поняла. У меня в голове тоже черте что творится. Встретила, и все вернулось, будто не было долгих лет разлуки, а мы все еще юные школьники у порога новой жизни. Кстати, я снова у порога. Новой работы, нового коллектива. Как сложится, - не знаю. Встреча с тобой прибавила храбрости, напомнила, что родилась в этом городе и теперь возвратилась. Вернулась домой. Ты вселил уверенность в будущее. Я не из варягов, хотя и переступила некоторым дорогу к кафедре.
ВАСИЛИЙ. Я о другом, Юля! Люблю я тебя! Что делать? Не мой сан…
ЮЛИЯ. Предложил бы руку и сердце? (Василий кивает, любовно смотрит на неё. Юлия подходит, садится рядом, обнимает. И вдруг решительно берет его голову, поворачивает к себе, губы их сливаются в поцелуе). Целоваться не разучился. Всё еще волную?
Василий обнимает её, губы их находят друг друга.
ВАСИЛИЙ. Голову потерял с твоим приездом. Всё хорошо шло, и вдруг появляешься ты. Красивая и желанная. Свободная. Ожили несбывшиеся мечты юности.
ЮЛИЯ.Тоже молодо выглядишь. Посмотришь на нас со стороны, не верится, у каждого за спиной прожитые жизни и все лучшее в прошлом. Не хочется верить!
ВАСИЛИЙ. До твоего появления ясно виделось будущее, ныне всё смешалось.
ЮЛИЯ. Может, усложняешь?
ВАСИЛИЙ. Священник - вдовец не имеет права жениться.
ЮЛИЯ. (Улыбнувшись).Уверен, соглашусь выйти за тебя? (Василий кивает). Меня не спросил, - уверен, согласна? Вдруг у меня другие планы. Всё такой же самоуверенный.
ВАСИЛИЙ. Столько передумал с твоим возвращением!
ЮЛИЯ. Я тоже. Говорила тебе - уснуть не могу. Ворочаюсь, ворочаюсь, перед глазами крутятся как в калейдоскопе картины детства, наша встреча у тебя в церкви, твоя строгая мама. Поняла: всё еще люблю тебя.
ВАСИЛИЙ. Сегодня ты свободна.
ЮЛИЯ. Любовницей не стану.
ВАСИЛИЙ. Я не предлагал.
ЮЛИЯ. Ой, о чем говорим? Совсем тронулись. Взрослые люди. Собираешься сделать предложение, а сан не позволяет...
ВАСИЛИЙ. Да! Всю жизнь ждал тебя. Жизнь была школьным черновиком к сочинению, которое обязательно следует переписать начисто.
ЮЛИЯ. Теперь пришел к такому выводу?
ВАСИЛИЙ. Как встретились. Что делать - не знаю. Не позволительно мне жениться. Если только оставить службу.
ЮЛИЯ. Или перейдешь в протестанты. И то, и другое для тебя не приемлемо.
ВАСИЛИЙ (встал, раздумывая, ходит по комнате). Разбередил душу себе и тебе. Напрасно пришел.
ЮЛИЯ. Так мне еще не объяснялись.
ВАСИЛИЙ.(После долгой паузы). Я, наверное, пойду. (Колеблется остаться или уйти).
ЮЛИЯ. Иди, если всё, что хотел, сказал.
ВАСИЛИЙ. Мне нужно побыть одному.
ЮЛИЯ.Побудь. Рада, поговорили по душам, расставили точки над "И". Я дурочка, размечталась, принялась строить планы. Дура.
Василий решился, было уйти, но опять сел к Юлии, обнял.
ВАСИЛИЙ. Ты умница! Жаль встретились поздно.
ЮЛИЯ. Так распорядилась судьба. Веришь в судьбу? Или у тебя во всем Божие предопределение?
ВАСИЛИЙ. Сейчас не знаю. Знаю, что не могу без тебя.
З а т е м н е н и е
6. Квартира Покровских. Агафья вначале одна, затем приходят Валентина, Анна, Елена.
АГАФЬЯ. (Молится перед иконами). Господи, помилуй нас! Очисти грехи наши, прости Василию его увлечение. Дай силы противостоять дьяволице! Помоги и укрепи, умножь его веру. Укажи верный путь, ободри! Видишь, что пришел он в уныние и испытывает искушение сдастся. Сделай, чтобы Твоя воля и Твоя любовь направляла его помышления и дела. На всякий час во всем наставляй его. (Открывается дверь и входит Валентина). Я прошу Тебя во имя Бога-отца, Сына и Духа Святого! Аминь! (Встает с колен, вошедшей Валентине). Не слышала звонка, Алёна впустила?
ВАЛЕНТИНА. Дверь приоткрыта - Елена мусор понесла. У нас радость несказанная! Тороплюсь поделиться. Письмо от брата пришло. Сбылось видение мамы.
АГАФЬЯ. От Родиона?
ВАЛЕНТИНА. Был контужен, память потерял. Теперь пришел в себя, всё вспомнил. В госпитале в Ростове. Вечером еду к нему. Мама рвалась, я не пускаю.
АГАФЬЯ. Говорили мы с Василием, - молитесь! Господь не оставил наши молитвы.
ВАЛЕНТИНА. Отец Василий! Его молитвами. Прошлой ночью у мамы видение было. Письмо придёт. И пришло, представляете?
АГАФЬЯ. Что с Родионом - руки ноги целы?
ВАЛЕНТИНА. О себе ничего толком не написал.
Входит Елена.
ЕЛЕНА.Слышала. Письмо от Родиона получили.Живой, выходит. Рада за вас.
ВАЛЕНТИНА. Жив!
АГАФЬЯ. Жене бывшей сообщила? Может, она больше знает.
ВАЛЕНТИНА. Ей он не напишет. Однозначно. (Елене).Я позвонила завучу, не знаю, сколько буду отсутствовать, так ты с Верой Матвеевной раздели мои уроки. Входит Анна Степановна с письмом в руке, протягивает его Агафье.
АННА. Дверь у вас нараспашку. Читай! (Передает Агафье письмо). Вчера знала - придет письмо. Ангел Господний явился ночью. (Дочери). Иди, собирайся, опоздаешь на поезд. (Агафье). Не зря мы писали и молились. Господь услышал молитвы. Кто-то получил письма и разобрался.
ЕЛЕНА. Только не Масхадов с Басаевым.
АГАФЬЯ. (Читает письмо, Елене). Ты опять!
АННА. Господь вмешался. Проснулась среди ночи от яркого света. Смотрю, свет от двери идет. И вдруг слышу: "Не бойся! Я Ангел Господень, Анна! Бог услышал твои молитвы. Сын твой жив, послезавтра получишь весточку. Спросонья никак не уразумею, кто это в белом облаке стоит у двери, разговаривает со мной. Кто ты? - спрашиваю. - Я ангел Господень, Анна! Господь послал сообщить радостную весть. Молитвами искупила свои грехи. Сын твой тоже молился и покаялся перед Господом. Спасибо, тебе.Господь! - сказала, и слезы покатились из глаз, застлали всё. На мгновение вернулось зрение, и я увидела ангела. Туман быстро окутал все, опять перед глазами мрак. Я кричу Маша, Валя! Никто не слышит, не подходит. Я одна в комнате. Может, все приснилось, и не прилетал Ангел? Просто с головой не в порядке, как считает Маша, - подумала. И вдруг снова голос, на этот раз мужской. "Сын твой жив и скоро увидишь. Это Я тебе говорю, Иисус Христос. Я есть! Я живой! Ты позвала, и Я пришёл. Я люблю тебя, Анна!". Слушая Его, не могла сдержать, радостных, слез. Сквозь слезы прошептала: Господи, за что Ты полюбил меня, грешницу? - "Заслужила любовью ко мне". И снова тишина. Утром рассказываю дочерям - не верят. Приснилось, говорят все тебе. А я клянусь, видела ангела, слышала голос Божий.
ЕЛЕНА. Как же видели, когда при свете ничего не различаете.
АННА. Ангела видела! Разговаривала с Ангелом и Господом! Вот же письмо. С утра ждала, получу весточку от Роди.
АГАФЬЯ. (Передает письмо Елене). Слава Богу, жив, нашелся. И Вася говорил, возможно, в плену.
ВАЛЕНТИНА. Пишет - контужен, ни адреса вспомнить, ни имени назвать не мог.
ЕЛЕНА.(Возвращает письмо Анне Степановне). Поздравляю. Жаль, никаких подробностей. Важно - жив.
АННА. (Валентине). Как встретитесь, сразу же звони! (Тянет дочь) Пойдем, помогу собраться. По дороге гостинцев еще купишь.
АГАФЬЯ. Валя, может, денег занять? Дорога длинная, сколько в Ростове пробудешь, не известно. (Телефонный звонок и Агафья поднимает трубку). Я слушаю. (По телефону) И вам Божьих благословений.
ВАЛЕНТИНА. Спасибо, у нас есть. Правда, пара тысяч еще не помешают. Если можно, дайте взаймы.
АГАФЬЯ (мимо трубки, Елене). Алена в комоде посмотри, в левом ящике, и дай Валентине сколько скажет. Елена, Анна и Валентина выходят.
ЕВЛАМПИЙ. (Мы слышим его телефонный разговор с Агафьей). Нет, говоришь, Василия?
АГАФЬЯ. Не приходил. В последнее время не приезжает на обед.
ЕВЛАМПИЙ. Вы бы, Агафья Ермиловна, поговорили с Василием насчет профессорши. Был сейчас в епископате, пока сидел в приемной, наслушался! Владыка негодует. Об их отношениях в городе только и разговоров. Ярая протестантка. Все ей в русской православной не нравится. Выступлениями по телевидению затуманивает головы верующим. А Василий шуры - муры с ней.
АГАФЬЯ. Как еще говорить?! Я и стыдила, и умоляла смириться, не гневить Господа. Обещал. Вы бы, батюшка сами еще поговорили. Вас, может, послушает.
ЕВЛАМПИЙ. Попытаюсь. После вечерней службы заеду к нему. Не застану - зайду к вам вечером. Надо облагоразумить Василия, пока не поздно.
АГАФЬЯ. Приезжайте, батюшка, всегда рада вас видеть.
З А Н А В Е С
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
1. Лесной уголок, лужайка на берегу речки. Слышится шум подъезжающего автомобиля. Выходят Юлия и Василий, Он несет удилища, разные рыболовные снасти.
ЮЛИЯ. Мастерски водишь машину! Я тоже люблю погонять. Авто у меня не такое шикарное - шестерка "Жигули"! С жильем определюсь, - пригоню.
Около поваленного бревна Василий бросает снасти на землю и стоя обнимает Юлию, целуются.
ЮЛИЯ. Так и будем стоять?
ВАСИЛИЙ (Отпускает ее, садятся на бревно, он раздвигает телескопические удилища, начинает разматывать леску). Спиннингом умеешь пользоваться или на удочку собираешься ловишь?
ЮЛИЯ. С поплавком. Спиннинг забрасывать так и не научилась. Сын учил - учил. А на удочку, на поплавок смотреть и во время дернуть - получается отлично. Только червячков ты будешь насаживать. Боюсь их.(Василий высыпает часть приманки на ладонь, подносит к лицу Юлии, она испуганно кричит). Убери эту пакость! Какие противные! Мальчишка, что ли! Отстань! (Отскакивает в сторону, затем возвращается и садится рядом). Не нравятся такие шутки.
ВАСИЛИЙ. Напугалась? (Опускает банку с приманкой, вытирает руки, целует её). Прости, пожалуйста.
ЮЛИЯ. Пойди, руки вымой!И неси корзину, перекусим, чтобы потом не отвлекаться на еду.
Василий уходит и возвращается с небольшим складным столиком и корзиной провизии. Юлия вытаскивает небольшой радиоприемник и включает музыку, принимается накрывать на стол.
ВАСИЛИЙ.Стулья в гараже остались. Придется на бревне посидеть.
ЮЛИЯ. Нормально. Даже романтичнее.
ВАСИЛИЙ. По рюмочке для настроения, примем? (Юлия кивает, расстелив что-то вроде скатерти, расставляет тарелки, закуски, достает рюмки, Василий помогает накрывать стол. Когда все приготовят, садятся рядом, он разливает вино, поднимает рюмку). За нас с тобой!
ЮЛИЯ. За тебя!
ВАСИЛИЙ. За тебя, Юленька! (Пьют).
ЮЛИЯ. Предполагала, что священники пьют только кагор, который остается от причастия.
ВАСИЛИЙ. Какая чушь! Во-первых, после причастия ничего не остается, а если и останется, хватает помощников, кто допьет. Дома у нас тебя кагором поили? (Юлия и Василий продолжают есть).
ЮЛИЯ. На природу взял кагор. Вам его выдают?
ВАСИЛИЙ. Кто выдаст? Сами покупаем. Староста церкви занимается.(По радио звучит песня в исполнении Валерия Ободзинского "Эти глаза напротив", Василий прибавляет громкость) Помнишь, школьный вечер, танцевали под эту пластинку?
ЮЛИЯ. В тот год все наши девчонки были без ума от Ободзинского. Особенно после концерта в филармонии и на телевидении. На вечере его пластинку прокрутили раз десять.
ВАСИЛИЙ. Мне два танца посвятила, а потом переключилась на десятиклассников.
ЮЛИЯ. Ты распсиховался и ушел. Мишке пришлось меня провожать.
ВАСИЛИЙ. (Отодвигает стол, и обнимает Юлию). Все еще не верю, - ты рядом. Потрогаю! (Щиплет её, она бьёт по рукам). Хорошая моя, я такой счастливый!(Целуются). Признаюсь, первый раз позвонила - обрадовался страшно! Потом задумался, Господи, зачем?! Зачем напомнила о себе! Я не умней - свидание назначил! Не надо нам было встречаться! Да что было делать - пригласил!
ЮЛИЯ (перебивает). Испугался, разочарую? Разрушу образ школьницы, что сохранился в памяти. Признаюсь, несколько лет назад приезжала в командировку в университет. Подходила к нашему дому, хотела увидеть тебя, зайти. Не решилась. Как-то даже зашла в подъезд и остановилась. В последний момент внутренний голос остановил. "Не разочаровывай, останься в памяти юной девятиклассницей". Не знала, что ты священник. (В радиоприемнике нарушилась настройка и он захрипел. Василий протянул руку и выключил).
ВАСИЛИЙ. Читаешь мысли. Мне тоже все годы виделась школьницей. Людская мудрость советует не встречаться с первой любовью. Не разочароваться. Сохранить в памяти светлый образ юности. А ты пришла в храм - обалдел. Красавица! Молодая, стройная! (Целует).
ЮЛИЯ (вырывается, перебивает). Молодая… Сочиняй, да знай меру.
ВАСИЛИЙ. Немного изменилась. Так ведь и я не мальчишка, что носил за тобой портфель и, рискуя жизнью, лазал через забор за розами. Представить не мог, в моем возрасте и вновь проснутся чувства, кого-то полюблю. Как в юности забьется сердце, не смогу спать.
Сидят обнявшись.
ЮЛИЯ. Ни кого-то, а первую любовь встретил. Вернулись в прошлое. (Пауза). Я тоже всё еще не приду в себя. Не верю - всё происходящее реальность. (Перебирает его волосы). Много седых волос. Знаешь? Пока не очень заметно. А лысина проступает.
ВАСИЛИЙ. (Гладит её волосы). У тебя еще ни одного седого волоска.
ЮЛИЯ. Конечно! Крашусь.
ВАСИЛИЙ. Не заметил. Помню, и косы были такие. (Берет её руки и страстно целует). Юлька, ты вернулась! Больше не уедешь, не оставишь?
ЮЛИЯ. Посмотрю на твое поведение. (Поднимается). До вечера будем сидеть? Привез на рыбалку или тискаться, как молодые?
ВАСИЛИЙ. Побыть с тобой. Мы и никого больше. Дай, насмотрюсь, налюбуюсь вволю. Всё не верю глазам, секундами кажется, сплю.
ЮЛИЯ. Повторяешь мои слова. Я не картина, смотреть на меня. Разочаруешься. Оглянись лучше вокруг! Какое прелестное место - эта лужайка среди леса, тишина, небо голубое!
ВАСИЛИЙ. Смотрю. Ты центр в этом пейзаже. Без тебя картина была бы не завершенной.(Тишину вдруг нарушил голос кукушки).
ЮЛИЯ. Посчитаем, сколько нам жить? Один, два, три, четыре…(Кукушка неожиданно замолкла). Как мало!
ВАСИЛИЙ (Обнимает её). Веришь в эту ерунду? Кому Господь, сколько отмерит.
ЮЛИЯ. Я верю в судьбу и приметы.
ВАСИЛИЙ. Церковь отвергает. Господь распоряжается нашими жизнями. Без Его ведома, должна знать, волос с головы не упадет. Приметы - остатки язычества.
ЮЛИЯ. Знаю, и все равно верю в приметы. Со мной они сбываются. (Василий целует её, и вдруг они падают с бревна, валятся на траву,смеются.Первой поднимается Юлия, отряхивается). Посмотри, на спине не осталось сухой травы или еще чего? Недоставало, чтобы студенты увидели, не молодая профессор валялась с кем-то на траве. (Василий снова валит её,она вырывается, они борются и, обнявшись, катаются по траве, наконец, успокаиваются, лежа на спине, смотрят в небо). Какая яркая бездонная голубизна! Ни один художник не в силах передать эту бездонность. Может, и правда, где-то там, в вышине, есть царство небесное? За одно обещание вечной жизни там, стоит поверить. Без ропота переносить все тяготы земной жизни.
ВАСИЛИЙ. Не всем Господь обещает райскую жизнь на небесах. Праведникам одним.
ЮЛИЯ. (Приподнимается). Мы с тобой праведники?
ВАСИЛИЙ. Вряд ли. Не знаю.
ЮЛИЯ. Как не знаешь! Отец Василий, скажите определенно, нам уготовано место там, в вышине, в райском саду, среди этой голубизны?
ВАСИЛИЙ. Приготовлено. Сомневаюсь, в раю ли?
ЮЛИЯ. Ну, тебя! Помечтать не даешь. (Поднимает Василия). Вставай, увидит еще кто!
ВАСИЛИЙ (поднимаясь). Пусть видят. Я сегодня три десятка сбросил.
ЮЛИЯ. И я вернулась в детство. (Встав на ноги, и отряхнувшись). Отряхни сзади. (Василий отряхивает её, игриво ударяя по попе). Ты что? Больно ведь!.. Мы будем ловить рыбу сегодня?
ВАСИЛИЙ. Очень хочешь?
ЮЛИЯ. Не рыбачила, не помню сколько лет. С сыном последний раз на рыбалку ездила, когда он еще в школе учился.Я везучая, у меня всегда клюёт, больше сына налавливаю. Посмотрю, как с тобой повезет.
ВАСИЛИЙ. Я на спиннинг буду ловить.
ЮЛИЯ. Ну, всё, пошли на берег! (Они берут снасти и уходят).
З а т е м н е н и е
2. Гостиная семьи Покровских. Агафья вяжет на спицах, Елена сидит за компьютером.
АГАФЬЯ (после недолгого молчания). Опять за компьютером. Третью неделю дома сидишь, никуда не ходишь. И Александр не звонит.
ЕЛЕНА. Будь довольна. Сказала Сашке - перестань богохульствовать, или - не знакомы. Он ни в какую! То увлекся учениями протестантов, теперь перекинулся критиковать русскую православную церковь. Сошелся с диссидентами из нашей церкви. Стал активистом церковной реформы. Выступает с лекциями, в газете критикует православную церковь. Ты газет не читаешь, с людьми почти не общаешься, а мне - дочери священника каково? Я, дурочка, люблю его! Разругаться на религиозной почве, случится же такое! Лучше уж стал бы правоверным протестантом и не лез к православным.
АГАФЬЯ.Одумается еще. Защитит диссертацию, прибавится работы и угомонится. Ты, почему в церковь не ходишь? Дочь священника обязана показывать пример.
ЕЛЕНА. Бабушка, отстань, ради Бога! Сама знаю, когда куда ходить.
АГАФЬЯ. Вся в Петра, словно его дочь. Никакого уважения к старшим. Господи, прости меня, старую, - не сумела вразумить вас!
ЕЛЕНА. Любишь людей судить. Мои грехи вы с папой отмолите.
АГАФЬЯ. Не знаю, кому за отца твоего молиться. Знаешь, где он? Епископ вызвал. Донесли завистники про встречи со школьной любовью. Что теперь будет!
ЕЛЕНА. Вызвали на ковер? Н - да!.. Папа не имеет права общаться со школьной приятельницей?
АГАФЬЯ. Он священник. Служитель Господа. Она - воинствующая иноверка. Своими проповедями по телевизору развращает молодежь. Отец твой продолжает встречаться, - не знаю, на что надеется? Жаль, Данила рано умер, - вразумил бы отца твоего. Воспылали любовью. Страсти прямо шекспировские!
ЕЛЕНА. Шекспира вспомнила!
В прихожей звонят, Елена выходит и возвращается с Михаилом.
МИХАИЛ. Здравствуйте, Агафья Ермиловна!
АГАФЬЯ. Запомнил имя! Здравствуй! Опять обокрали?
МИХАИЛ. Нет, что вы! Давеча батюшка денег дал. Вчера была получка, вот принес долг. Большое - пребольшое спасибо отцу Василию и всей вашей семье.(Протягивает ей деньги).
АГАФЬЯ. Положи на полку. Чайку попьешь? Алёна, организуй, пожалуйста.
МИХАИЛ. Спасибо. Тороплюсь. Пора на работу собираться. Сегодня вторая смена.
ЕЛЕНА. Куда тебя папа устроил?
МИХАИЛ. На завод "Электротехмаш". Общежитие мировое. Комната на двоих с молодым мастером. В этом году колледж закончил. Пацаны нормальные и в бригаде, и в общежитии.
АГАФЬЯ. Не пей только. В общежитии, известное дело - праздник - не праздник, бутылка на столе. Немного обживешься, начнешь зарабатывать, - сними лучше комнату у добрых людей. В церковь-то ходишь? "Надейся на Господа всем сердцем твоим и не полагайся на разум твой. Во всех путях твоих познавай Его, и Он направит стези твои". (Притч. 3; 5,6)
МИХАИЛ. Из Евангелия привели указание?
ЕЛЕНА. Притчи Соломона - Ветхий Завет. Бабушка у нас целые страницы Святого Писания на память знает. Особенно Псалтырь и Притчи.
МИХАИЛ. К отцу Василию каждое воскресенье хожу. Соседа по комнате Валерку привел. Два раза уже были, говорит, понравилось. Ну, я пойду. До свидания!
АГАФЬЯ. С Богом! Не забывай, заходи! Если не на работе, службу не пропускай.
МИХАИЛ. Постараюсь. (Выходит, Елена провожает его и возвращается).
АГАФЬЯ. Не плохой, видать, парнишка. Вежливый, обязательный. А ты - уголовник, бандит. От тюрьмы и сумы не зарекайся, не известно как жизнь сложится. (Из прихожей слышен шум открывающейся двери и входит Василий). Вася. Вася, это ты?
ВАСИЛИЙ. Кто же еще? Не Дух Святой. (Он целует мать, Елена сама целует отца).
АГАФЬЯ. (Нетерпеливо). Рассказывай, что сказал владыка?
ВАСИЛИЙ (не охотно). О делах говорили, о жизни. Обсуждали, как совместными усилиями всех христианских церквей укреплять моральные ценности в обществе. Лишь объединенными усилиями всех городских институтов и церквей можно пытаться решать проблемы. Наркотики и алкоголь захлестнули мир.
АГАФЬЯ. И епископ согласился?
ВАСИЛИЙ. Не на Луне живет. Каждодневно видит и слышит, что людей беспокоит. Владыка дал почитать интересный документ. Оказывается, еще в августе 2000 года Архиерейский Собор Русской Православной Церкви принял "Основные принципы отношения Русской Православной Церкви к инославию". Главная цель документа - способствовать развитию сотрудничества и диалога между христианами различных конфессий. Кто-то тормозит воплощать эти идеи. Владыка согласился, в работе протестантов много полезного, что вполне реально использовать и нам. Убедил Владыку обратиться к губернатору за содействием в организации духовных передач на местном телеканале. Идея понравилась.
АГАФЬЯ. Давно бы нашему владыке показаться на экране. Профессорша твоя с богопротивными речами не вылезает из ящика.
ЕЛЕНА. Папа, ты увел разговор в сторону. Бабушку волнует другое, - влетело за встречи со школьной подружкой?
ВАСИЛИЙ. Я не в том возрасте, чтобы могло влететь. Говорили и о ней. Каждый остался при своем мнении.
АГАФЬЯ. Осмелился спорить с Епископом?
ВАСИЛИЙ. Мы не спорили. Признался, что с юности люблю эту женщину.
АГАФЬЯ. А владыка?
ВАСИЛИЙ. Сказал: выбирай!
АГАФЬЯ. Ты, что ответил?
ВАСИЛИЙ. Сказал, буду думать.
АГАФЬЯ. Будет думать! Соблазнила дьяволица на старости лет! Не отчитал, не призвал покаяться, не общаться с профессоршей?
ВАСИЛИЙ. Нет! Я же ответил: сказал - выбирай.
АГАФЬЯ. Видишь в ней школьницу с косичками. Давно сложившаяся женщина со своими взглядами на жизнь. Если и будет воля Господа тебе жениться, то на женщине простой, не профессорше заумной.
ЕЛЕНА. Пап, что если подать прошение на имя Епископа или Патриарха? Говоришь, в церкви идут реформы.
ВАСИЛИЙ. О чем ты, Алёна!
АГАФЬЯ. Брак с разведёнкой, да еще с иноверкой, никогда не одобрят. От церкви отлучат.
ВАСИЛИЙ (не желая продолжать трудный разговор с матерью, меняет тему). Вы ужинали?
АГАФЬЯ. Как же без хозяина. Ждали, волновались. (Поднимается). Что будешь делать - побежишь к профессорше советоваться?
ВАСИЛИЙ. Не знаю. Мама, хватит, а! Кажется, на все вопросы ответил. Давайте ужинать.
АГАФЬЯ (идет на кухню). Пойду, поставлю греться.
ВАСИЛИЙ. (Дочери). С Сашей не помирилась?
ЕЛЕНА. Обиделся, не звонит.
ВАСИЛИЙ. Так ждала его.
ЕЛЕНА. Вы с бабушкой! Пристали к нему, поставили условие - оставить протестантов. Вот он и оставил свою методистскую церковь, которую называл христианской. К православным не пришел, а принялся богохульствовать. Как и твоя школьная подруга, пишет в газетах, участвует в дискуссиях по телевизору. Мне, что делать? Люблю его. Если честно, мне все равно, какой христианской религии он поклоняется.
ВАСИЛИЙ. Читал я его выступления. Здравые мысли высказывает.
ЕЛЕНА. Так ты,одобряешь его? (Возвращается Агафья).
ВАСИЛИЙ. Официальная церковь не приветствует эти дискуссии.
ЕЛЕНА. Сашку я не одобряю, но он, как и твоя профессорша, прав в одном, через веру начинается возрождение. И не важно в церкви или мечети, синагоге или в библиотеках, кинозалах, - где протестанты проводят свои службы. Только покаяние, возрождение духовности спасут нас от полного одичания.
ВАСИЛИЙ. Браво! У меня в семье появился сторонник конвергенции.
ЕЛЕНА. Кстати, об антихристах, как бабушка их называет. Сегодня в журнале увидела картинку и прочитала про питерского художника Вячеслава Чеботаря. Задумал построить огромный храм со шпилем, как у Останкинской башни и наполнить его разными картинами из Писания. Служить там будут представители всех религий на земле - православные, католики, все христиане, иудеи, мусульмане, буддисты. Через живопись, скульптуру и графические работы предполагается покаяние и очищение. Проект уже видели Папа Римский, и наш Патриарх Святейший Алексий. Одобрили идею. Решают, в какой стране строить этот храм. Наступит время, и все объединятся.
АГАФЬЯ. Я не доживу.
З а т е м н е н и е
3. Дома у Юлии. Обложившись книгами, она готовится к занятиям. Пишет, читает вслух написанное.
ЮЛИЯ (читает). Наиболее широкое распространение христианство получило в городах Малой Азии, Балканского полуострова и в Италии. Там возникли самостоятельные общины последователей Иисуса Христа, уже отделившиеся от синагог.
Из прихожей доносится звонок. Юлия откладывает книгу, выходит и возвращается с Агафьей Ермиловной.
ЮЛИЯ. Рада вас видеть. Садитесь, пожалуйста. Чайку с дороги? Я и сама собиралась, за компанию и попьем. Я шарлотку испекла.
АГАФЬЯ. Спасибо. Не стоит беспокоиться. (Оглядывается по сторонам, видит в углу икону Святой Богородицы, крестится). Поклоняешься Богоматери, а Вася рассказывал, не признаешь икон.
ЮЛИЯ. Икона - покровительница хозяйки, у которой квартиру сняла. (Включает электрический самовар). Самовар включу, долго греется. Свой электрочайник не привезла.
АГАФЬЯ. Да ты не беспокойся, не буду я чай.
ЮЛИЯ. Кофе не предложила. Если хотите, можно поставить.
АГАФЬЯ. Ничего не надо, я не надолго. Поговорить решилась.
ЮЛИЯ (садится за стол напротив Агафьи). О Васе?
АГАФЬЯ. О Васе. Слышала, веру нашу не признаешь. Святых наших.
ЮЛИЯ (перебивает). Кто вам сказал, веру не признаю? Каждый человек во что-то или кому-то верит. Без веры нельзя жить.
АГАФЬЯ. Не в того Бога веришь! Раз икон и святых наших не принимаешь.
ЮЛИЯ. Считаю, каждый имеет право по-своему принимать Господа.
АГАФЬЯ. У русского человека вера одна, всё другое от сатаны.
ЮЛИЯ. Чай закипел. (Выходит на кухню, возвращается с тортом, тарелочками. Из буфета достает чашки).
АГАФЬЯ. Что ты с чаем! Поговорить я пришла.
ЮЛИЯ. Попьем чайку, не спеша, и поговорим. (Наливает чай Агафье, себе). Попробуйте шарлотку. Помню, в детстве приходила к Васе в гости, вы сажали за стол и часто угощали шарлоткой. Попробуйте, как у меня получилось.
АГАФЬЯ (Пробует, чай). Вкусно. И чай прекрасный. Спасибо. О Васе поговорить собралась. О ваших отношениях. Извини, меня, старую. Не учить пришла. Ты сама ученая. Пришла как мать. Считаешь себя христианкой, а ведешь как? Искушаешь Василия. Этому учит Господь?
ЮЛИЯ. Искушаю? Мы и виделись-то, раз пять - шесть. Вспоминали юность, школу.
АГАФЬЯ. После ваших воспоминаний совершенно изменился. Мужика словно подменили. Ходит с поникшей головой, не ест, постоянно раздражен, злится, если что спросишь, замечание сделаешь.
ЮЛИЯ. В чем я виновата?
АГАФЬЯ. (Сменила агрессивный тон). Не принимай Василия, не ищи встреч! Любишь его?
ЮЛИЯ.(Растерялась). Не знаю. Люблю… Вы против земного счастья сыну?
АГАФЬЯ. Была бы против, - не сидела здесь с тобой. Наслушался твоих речей - обложился книгами, ищет, что общего между церквами. Все уши прожужжал - протестанты те же христиане. Кабы христиане, собирались в Божием храме, а не по клубам и библиотекам.
ЮЛИЯ. Со временем и храмы построят. В протестантские церкви молодые идут охотно. Знаете, чем привлекает, к примеру, методистская община? (Достает с полки книгу, листает, находит нужную страницу). Я процитирую основателя церкви Джона Уэсли. "Методизм - это церковь, которая не требует от своих членов единообразия ни во мнениях, ни в форме поклонения Богу, но требует, чтобы все её члены боялись Бога и поступали праведно". Этого постулата придерживается большинство протестантских церквей.
АГАФЬЯ. Убери свои мерзкие книги, слушать не желаю! В нашей семье мужчины триста лет служат Господу. Васю чуть не сбили с истинного пути, Господь вовремя облагоразумил, вернул в церковь. Ты хочешь увести обратно в мир. Мне пойти в Университет, пожаловаться на тебя?
ЮЛИЯ. Как в коммунистические времена? Василию Данииловичу скоро пятьдесят, не мальчик. Сам разберется.
АГАФЬЯ. Разберется. Ведет себя как мальчишка. Говорит, - любит. Все годы любил. И, когда Ольга была рядом.
ЮЛИЯ. Он вам сказал?
АГАФЬЯ. Сказал. Сама вижу, - мучается. На распутье. Подумай о его душе, его будущем. Василий говорил, ты хорошо знаешь Библию, церковные законы. Принявший сан служителя церкви, не может предаваться земным страстям. Ты соблазняешь. Сеешь сомнения.
ЮЛИЯ. Какой он пастырь, если светская женщина заставляет усомниться в вере?
АГАФЬЯ. Не усомнился пока. Влюбился без оглядки. Умоляю, оставь Василия! Хочешь, на колени встану? Буду молиться за тебя. Оставь сына! Сломаешь ему жизнь. Столько лет не видела, не знала. Подумай о будущем. Ты не старая, симпатичная, встретишь еще хорошего человека. Оставь Васю. Не терзай душу. Господь не оставит тебя.
ЮЛИЯ. (Долго молчит, не знает, что сказать). Не знаю, право, что ответить. Я со школьных лет не могу его забыть. И он любил меня. Вася сам должен решить.
АГАФЬЯ. Оставь Васю! Он на перепутье. Колеблется. Подумай, что его ждет с тобой.
ЮЛИЯ. Что? (После паузы). У него есть профессия. Я неплохо зарабатываю.
АГАФЬЯ. Не может он быть с тобой! Господь определил ему служить церкви, быть пастырем людским.
ЮЛИЯ. Вы с ним говорили?
АГАФЬЯ. Не один раз! Вася не знает, что я к тебе пошла.
ЮЛИЯ. Я не скажу.
АГАФЬЯ(Встала на колени перед сидящей Юлией, взяла ее за руки. Юлия встала). Умоляю, оставь Васю! Пожалей его душу! Не будет вам счастья.
ЮЛИЯ. Что вы, Агафья Ермиловна, встаньте. (Заплакала. После паузы). Хорошо. Если уверены, для Васиного блага лучше нам не видеться… Если Богу так угодно…(Продолжает плакать). Не буду больше общаться с ним. Придет - не пущу.
АГАФЬЯ. (Целует руки Юлии). Правда? Обещаешь? Спасибо! Господь не оставит тебя. (Садится). Еще встретишь достойного мужчину. Пройдет наваждение (Поднимается, направляется к выходу). Обещаешь? (Юлия, вытирая слезы, кивает). Извини, вырастешь своего сына - поймешь меня.
ЮЛИЯ. Я всё понимаю. И сына вырастила.
АГАФЬЯ. Дай Бог ему счастья! Будь благоразумна. Я тебе верю. Храни, Господь!
Обе выходят, Юлия возвращается. Садится за стол, открывает книгу, но сразу же оставляет. Ложится на диван, уткнувшись в подушку, плачет.
З а т е м н е н и е
4. Церковный кабинет Василия, что в первом действии. Он сидит над толстой книгой, возможно Библией. Стук в дверь.
ВАСИЛИЙ. (Громко). Я же сказал: занят!
Из-за двери слышен старческий голос.
-Настаивает. Говорит ваш родственник.
Входит Саша.
САША. Извините, Василий Даниилович, что я так нахально, да еще родственником назвался. Поговорить надо.
ВАСИЛИЙ.Что-то случилось? Ты садись.
САША.(Не сразу решается начать). Да, нет. Муторно на душе. Я к вам, ни как к отцу моей невесты. В сомнениях я.(Помолчал).Много передумал о вере и протестантах. Я, конечно, не религиозен, как полагается настоящему христианину.Твердо и не уверен, в кого верую. Знаю только, кто-то создал наш высоко организованный мир, управляет им. И Дарвин, и теория эволюции, ничего не объясняют. Библия учит: мир создан Богом. Тоже ничего не объясняет, призывает верить и не сомневаться. Можно верить или не верить, а вопрос о мироздании остается.
ВАСИЛИЙ. Хочешь, чтобы я тебе объяснил?
САША.Знаю,что вы скажете.
ВАСИЛИЙ. Так что же тогда хочешь? Разочаровался в протестантах?
САША. Причем протестанты? У всех - у католиков, иудеев, мусульман тоже простое объяснение: мир создан волею Бога. Верь и не задавай вопросов. А я хочу получить убедительное объяснение. Мне показалось, что протестанты на пути к нему. Теперь, когда перечитал много литературы, оказался вдали от них, появилось время проанализировать, подумать. Понял: и протестанты не знают объяснения.Так же, как и православные, верят слепо.
ВАСИЛИЙ. Считаешь, это плохо? (Саша пожимает плечами, лицом выражает, что не может однозначно ответить). А как же твои родители, миллионы наших соотечественников слепо верившие в коммунизм, построение бесклассового общества, ведь и тогда было достаточно научных трактатов, в корне отрицающих саму эту идею. Однако верили и жили. Перестройка лишила людей идеалов и веры, провозгласила вседозволенность. Православные остались верны своей вере. Церковь по-прежнему верна разрушенным благородным идеалам - справедливость, мир, всемирное братство. Жить без цели, - уподобится животному.
САША. Ваша цель - вечная жизнь в будущем, слишком далека. Земные цели есть у каждого человека. Выучится, найти богатого супруга, стать знаменитым, получить признание, у кого-то проще - украсть, ограбить. Все ради того, чтобы разбогатеть, стать независимым.
ВАСИЛИЙ. Церковь учит, как добиться этих целей, не нарушая общечеловеческих норм нравственности и общежития. Вспомни десять заповедей.
САША. Как и Кодекс строителя коммунизма. Вы правы, Василий Даниилович. Зачем пришел к вам, - сам не понимаю.
ВАСИЛИЙ. (Перебивает). К кому же еще, как не к священнику идти? Правильно сделал, - пришел. Заокеанские проповедники, слава Господу, не погубили твою душу. Сумел выпутаться из их ложных доктрин. Ты русский и Бог у тебя наш!
САША. Чем больше узнаю - больше сомнений. И в жизни у меня всё не так. Вот и с Леной как быть, не знаю. Люблю ее.
ВАСИЛИЙ. Давай помолимся вместе.(Встал, подошел к Саше, положил руку на голову). Встань на колени. Не стесняйся. (Саша встал, но остался стоять). Бога не стесняются.(Саша продолжает молча стоять, Василий крестится, осеняет крестом Сашу, стоя молится, повернувшись к иконе, не опуская руки с головы Саши). Господи Иисусе Христе, Боже наш! Прими от нас, недостойных раб Твоих, усердное моление сие и, простив нам вся согрешения наша. По велицей Твоей милости обрати отрока Александра отступившим от Тебе ко правоверию и благочестию. Не дай ему погибнути, но дай спастися и в разум истины прийти, и в непрестанной любви прославят пречестное имя Твое, терпеливодушне, незлобиве Господи, во веки веков.
З а т е м н е н и е
5. Квартира Покровских. День рождения Лены. Гости, музыка, танцы. Василий танцует с соседкой Валентиной. За столом Агафья Ермиловна, Анна Герасимовна, Елена, и Михаил. Елена приглашает его, и они танцуют.
ЕЛЕНА. Как узнал про день рождения?
МИХАИЛ. Батюшка, отец твой, в церкви подошел, пригласил. Я отказывался - неудобно, кто я вашей дочери, он настоял, взял слово. Не надо было приходить?
ЕЛЕНА.Почему же! Рада всем гостям. Букет великолепный подарил, спасибо. Дорогой, наверное.
МИХАИЛ. Не с пустыми руками идти. Что еще подарить, - не знал. Мы почти не знакомы. В большом долгу я перед вашей семьей, твоим отцом. Без него не знаю, как бы все сложилось.
ЕЛЕНА. За что сидел?
МИХАИЛ. По хулиганке срок мотал.
ЕЛЕНА. Из-за девчонки, или по-пьяни выясняли отношения?
МИХАИЛ. Подонки к девушке пристали, я заступился. Их блатные родители повернули дело, будто я пьяный первым напал. Я, конечно, выпивши был. Их на алкоголь не проверили. Дали три года. Два года и месяц отмотал, и отпустили за примерное поведение.
ЕЛЕНА. Домой к себе, отчего не поехал?
МИХАИЛ. Где он, дом? Родителей нет, в квартире сестра с двумя малышами и мужем. Куда еще мне? Да и работу найти проблема. Здесь город большой, рабочие руки нужны, ну и осел.
ЕЛЕНА. Профессию имеешь?
МИХАИЛ.Конечно. Пэтэу закончил. Токарь, сварщик, слесарь, водительские права имею.
Разговаривают, танцуя, и Василий с Валентиной.
ВАЛЕНТИНА. Сотрясение мозга и контузия. В чеченском доме нашли. Документов ни каких. Наши, скорее всего, за мертвого посчитали и забрали. Может чеченцы. Долгое время брата принимали за боевика. Наемника - прибалта или украинца. Когда заговорил, приехали из полка и подтвердили кто он. Скоро выпишут, и Маша съездит за ним.
ВАСИЛИЙ. Будем молиться, чтобы всё обошлось.
ВАЛЕНТИНА. Василий Даниилович, отчего вы такой грустный. Будто не Алёне, а вам лишний год прибавился.
ВАСИЛИЙ. Тебе показалось. Скажи лучше, что замуж не выйдешь - жениха достойного не найдешь?
ВАЛЕНТИНА. Опоздала. Молода была - выбирала. Теперь работа отнимает все время, на амуры не остается. В школе учителя - женщины. С ними, знаете, как хлопотно! У каждой характер, каждая требует особого подхода. Работой не дорожат. Сделаешь замечание, - огрызнется, пригрозит: заявление напишу. Зарплата, известно какая.
ВАСИЛИЙ. С женским коллективом нелегко, представляю. Но и о личной жизни не стоит забывать.
ВАЛЕНТИНА. В тридцать четыре только за разведенного или вдовца можно еще выйти.
ВАСИЛИЙ. Зачем так пессимистично! Выглядишь хорошо, мужчины на улице наверняка оборачиваются вслед. С Алёной посоветуйся, она тебе в Интернете жениха найдет.
ВАЛЕНТИНА.Еще чего!По объявлениям? Извините - это не для меня. Будет об этом. Музыка у вас классная, мелодичная. Приятно танцевать. Вы хорошо ведете, давно не получала такого удовольствия. У нас в учительской организуют, если вечеринку, крутят современные записи - один ритм и бух-бух. Раньше музыку за роялем сочиняли, теперь по математическим формулам. Стихи к песням писали содержательные. Развеселить анекдотом? Лидия Николаевна, наш обществовед, сегодня забавляла религиозными историями. Нормально воспринимаете? (Василий кивает).Слушайте тогда: - Мам, а ты тоже в детстве каждую неделю ходила в воскресную школу? - спросил маленький мальчик мать. - Конечно! - ответила она. - Знаешь, я думаю, мне тоже от воскресной школы пользы не будет, - сказал малыш. Второй. Идут занятия по закону божьему. Батюшка спрашивает ученика: - Скажи, кто был первым человеком? - Адам. - А какое страшное наказание на него послал Бог? - Еву.
ВАСИЛИЙ. Мне дочь анекдоты рассказывает. Не знал откуда приносит, теперь понял - из школы.
ВАЛЕНТИНА. Коллектив у нас молодой, забавляется анекдотами.
ВАСИЛИЙ. Из этой серии, но не из школы. - Мальчик, ты перед едой молишься? - Нет, моя мама хорошо готовит.
ВАЛЕНТИНА. Не отравит?
ВАСИЛИЙ. Вспомнил, еще один, с бородой, правда, но очень нравится: Попал новый русский на тот свет, видит две двери - на одной написано "рай" а на другой - "ад". Заглянул за дверь с надписью "рай", а там люди с улыбками песни поют, цветочки нюхают, на крылышках порхают. - Ой, скукота, какая, - подумал он, - всю вечность нюхать цветочки и петь про Бога? Решил новый русский посмотреть, что делается в "аду". Приоткрыл дверь и увидел веселую компанию, полуголых девиц, подмигивающих и зазывающих к себе. Все пили шампанское, курили сигареты и над чем-то дико хохотали. Вот это мне и нужно, к этому я привык, - улыбнулся новый русский и шагнул вперед. Только ступил за порог, - веселая компания исчезла, свет померк, черти, схватив за руки, потащили к ближайшему котлу с кипятком. - Я не понял, - возмутился он, - я же видел веселую компанию, женщин, выпивку! - А, эти? - с хохотом спросил один из чертей, - так это наша агитбригада!
ВАЛЕНТИНА. Остроумно, я не слышала. Чего только не придумают люди!
ВАСИЛИЙ. Анекдоты я люблю. И еврейские, и религиозные. Алёна постоянно находит в Интернете. Часами сидит за компьютером.
ВАЛЕНТИНА. Для меня, к стыду, компьютер, сплошная загадка - темный лес. (Василий наступает ей на ногу, и она вскрикивает). Ой! Давно не танцевала, сама виновата!
ВАСИЛИЙ. Это я неуклюжий, извини. Пошли за стол. (Ведет ее под руку за стол. Из прихожей доносится звонок, Агафья поднимается, но сын опережает, и впускает Сашу с букетом цветов). Заходи, пропащий! Мы думали, забыл адрес.
САША. Здравствуйте, все! (Подходит к остановившейся в танце Елене). Поздравляю с днем рождения! Желаю тебе счастья, доброго здоровья и всего-всего, чего сама желаешь. (Елена какое-то время стоит молча. Михаил отпустил её, вернулся за стол).
ВАСИЛИЙ. Садитесь за стол!
ЕЛЕНА. Спасибо. Не забыл. (Забирает букет, ставит в одну из ваз с цветами).
МИХАИЛ. Штрафную ему.
САША. Пришел поздравить. Не знаю, как примете.
АГАФЬЯ. Садись, раз пришел, антихрист.
ВАСИЛИЙ. Зачем ты, мама! Он понял свои заблуждения.
Саша смущен, вопросительно сморит на Елену, на отца Василия.
ЕЛЕНА. Садись. (Сашу усаживают за стол, рядом садится Елена).
ВАЛЕНТИНА. Поднимем бокалы еще раз за нашу новорожденную, за ее ученого жениха!
МИХАИЛ (разливает по рюмкам и бокалам, Саше). Тебе белой или красного?
САША. Вина.
ВАСИЛИЙ. (Поднимается с бокалом в руке). Предлагаю за молодых, за мир!(Все пьют).
ЕЛЕНА. (Шепотом). Чего пришел, тебя приглашали?
САША. На дни рождения приходят без приглашения. Всё дуешься? Не смогу я без тебя.
ЕЛЕНА. Не знаю. Не вижу.
ВАЛЕНТИНА. Давайте споем, что все знают.
АННА ГЕРАСИМОВНА.Степь да степь кругом.
АГАФЬЯ. Не стоит такую грустную.
ВАЛЕНТИНА. (Запевает). Ой, цветет калина, в поле у ручья. (Нестройный хор подхватывает песню. Елена поднимается, тянет за руку Сашу, и они уходят в ее комнату.
5.а Комната Елены. Саша обнимает невесту, она отбивается.
ЕЛЕНА. Отпусти, ненавижу!
САША.Лена! Что с тобой? Разлюбила?
ЕЛЕНА. Такого упертого разлюбила. Не можешь уважить мою семью.
САША. Причем семья? Я тебя люблю! Без тебя не мыслю жить дальше. От того, что мне ближе протестанты, а тебе православные, ссориться, нельзя быть вместе? Смешно. Не 17 век! И вообще, вера не предмет публичного обсуждения. Вера - сугубо личное каждого человека.
ЕЛЕНА. Личное, зачем тогда лезешь со своими идеями на телеэкран, в газеты? (Саша все не отпускает Елену и держит в объятиях. Она постепенно "растаивает").Если опять пойдешь к своим протестантам, бабушка житья нам не даст.
САША. Жить будем у нас. Ни к протестантам, ни к православным - ни к кому я не пойду. (Целует её. Лена не отвечает, но и не противится). Ты меня любишь еще, признайся?
ЕЛЕНА. Разлюбила.(Вдруг расплакалась). Так ждала! На календаре дни отмечала, сколько осталось до твоего приезда. А ты приехал и выкинул фортель. (Саша горячо целует невесту, она отвечает, продолжая всхлипывать). Не знаю, что и делать.
САША. Идти и заявление подавать.
ЕЛЕНА.(Вытирает слезы). Пойдем к гостям, неудобно, ушли. Мой день рождения.
САША. (Отпустил её, теперь держит за руку, привлекает к себе). Мир?
ЕЛЕНА. Я не сорилась. (Она ведет его в гостиную, к гостям).
5б. Гостиная. Застолье в разгаре. Саша и Елена садятся на свои места. За столом продолжаются разговоры. Агафья объясняет что-то Михаилу, Анна тоже участвует в разговоре. Василий убеждает Валентину.
ВАСИЛИЙ. (Горячо, Валентине). Мы переживаем сложное время. И виноваты не демократы. Ни Ельцин с Путиным. Не коммунисты. Этот яростный натиск бесовщины, уничтожить Россию, зародился разночинцами еще в 60 - 70 годы девятнадцатого века.
ВАЛЕНТИНА. С самого принятия христианства у русских в одной руке крест, в другой топор. Русские эмигранты, далекие от простого народа, создали на Западе миф, подхваченный интеллигенцией, будто русский народ от природы богобоязнен и привержен вере. Ничего подобного! Вспомните русскую классическую литературу. Лескова, Толстого, Мамина - Сибиряка.
ВАСИЛИЙ. Где-то читал, у Достоевского, или еще у кого - не помню. Русский человек всегда бывает с Богом или против Бога, но никогда без Бога. Точнее не скажешь. Только через покаяние и воспитание духовности можно спасти страну.
ВАЛЕНТИНА. Согласна, церковь остается одним из важнейших институтов возрождения России.
Звонит телефон и Василий поднимает трубку.
ВАСИЛИЙ. Квартира Покровских…
ПЕТР. (Его брат по телефону, мы слышим его). Вась? Где там Алёна? Зови именинницу!
ВАСИЛИЙ. День рождения, а не именины, знать должен. Почему не приехал?
ПЕТР. В Москве все еще торчу. В Союзе художников задержали.
ВАСИЛИЙ (мимо трубки). Алена! Петр Даниилович из Москвы!
АГАФЬЯ. (Осуждающе). На день рождения любимой племянницы не смог вырваться.
ПЕТР. Перед отъездом, знаешь, кого встретил? Пассию твою школьную. Профессором в наш университет пригласили. Одинока. Отличная тебе жена - подумай!
ВАСИЛИЙ. Не телефонный разговор. Передаю трубку Алене.
ЕЛЕНА. Я из своей комнаты поговорю.(Выходит, из комнаты кричит). Папа, положи трубку, я взяла.
ВАЛЕНТИНА. Споем еще? (Запевает "Огней так много золотых на улицах Саратова" или др.)
АГАФЬЯ. (Саше). Помирились? Я не передумала.
ЕЛЕНА (вернулась к гостям). Бабушка, опять? Хоть сегодня, в день моего рождения не приставай.
МИХАИЛ. (Елене). Мы тут об Апокалипсисе говорили. Лена, вы как считаете, скоро придет?
ЕЛЕНА. " Грядущий придет и не умедлит". (Евр. 10; 37). Сказано в Писании.
САША. Ну, ты молодец! К любому случаю стих из Библии знаешь.
ЕЛЕНА. Не одни протестанты Библию читают.
МИХАИЛ. Если ежеминутно ждать конца света, лучше прямо сейчас петлю на шею.
ЕЛЕНА. Мы тоже собираемся пожить еще.
САША. (После паузы). Василий Даниилович, можете объяснить? Все основные религии мира монотеистические, то есть религии одного Бога. У христиан, иудеев, исламистов, и прочих. Нет множества богов, как у язычников, а есть один Бог. Так почему религия не объединяет человечество, мир?
ВАСИЛИЙ. Что не понятного? Каждая признаёт истинность только своей веры. Отсюда нетерпимость и войны. Потому атеисты и позволяют себе иронизировать "признавая Бога одной религии, мы неминуемо рискуем попасть в ад всех других религий".
ЕЛЕНА. (К отцу). День рождения превратили в богословскую дискуссию. Папа, включи магнитофон, продолжим танцы! (Василий включает музыку, приглашает на танец Валентину. Елена берет за руки Сашу, тянет танцевать).
АГАФЬЯ. Нас с Анной совсем за старух принимаете, не приглашаете? Нам тоже, может, хочется вспомнить молодость.
МИХАИЛ. (Подходит к Агафье). Агафья Ермиловна, разрешите пригласить вас!
АГАФЬЯ. Я пошутила, пригласи Анну Герасимовну. Она моложе.
МИХАИЛ. (К Анне). Правда, пойдемте. Танго танцуете?
Анна поднимается, Михаил помогает ей. Звучит старинное танго, все за исключением Агафьи танцуют.
З а т е м н е н и е.
6.Квартира Покровских. В комнате один Василий,звонит Юлии.
ВАСИЛИЙ. Юля? А кто - Ирина? Когда Юлию Иннокентьевну можно застать? Как не знаете, на кафедре нет расписания? Дома никто не поднимает трубку. Хорошо, позвоню позже. (Опускает трубку). Не хочет разговаривать, ясно. Три дня не могу найти.
Принимается молиться, что-то шепчет, позже мы слышим.
ВАСИЛИЙ. Господи Всемогущий и всех любящий! Прости меня, грешного! Не могу без этой женщины! Дорогой Господь, ты учишь всех любить. Я люблю её с детства, и она меня любит. Что нам делать? Подскажи, вразуми! Не можешь благословить наши встречи, я понимаю, а я ничего не могу поделать с собой. Прости! Подскажи. Я постоянно молюсь, прошу Твоей помощи … Неожиданно перед ним появляется Ольга. Рассмотреть её невозможно - мы видим контуры женщины, ее тень.
ВАСИЛИЙ. Оля? Ты вернулась! Благодарю
тебя,Господи! Оленька! "Вся ты прекрасна, возлюбленная моя, и пятна нет на тебе"! (Песн. 4; 7).
ОЛЬГА. "На ложе моем ночью искала я того, которого любит душа моя, искала его и не нашла его". (Песн. 3; 1).
ВАСИЛИЙ. "И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в неё. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем". (1 Иоан. 4;16). "Бог воскресил Господа, воскресит |
