Тихо закурлыкал звонок телефона. Один раз, второй. Но Кристина его не слышала, погруженная в чтение договора. Трубку подняла соседка по длинному рабочему столу.
- Стюша, это тебя!
Кристина оторвалась от бумаг. Кашлянула.
- Меня? Кто?
Та пожала плечами.
-Мужчина…
- Алло, - осторожно проговорила Кристина в трубку.
- Привет, зайчонок!
- Ой, Сашка, ты? Привет!
Муж редко звонил ей на работу, разве что совсем уж в особых случаях, поэтому Кристина имела все основания удивиться, и… удивилась.
- Что случилось?
- Да вот, звоню сказать, что взял копию трудовой в отделе кадров, так что остались только две твои справки. И все, можно идти в банк, подавать документы.
Кристина внутренне возликовала. Они почти справились!
Несколько лет покупка квартиры представлялась совершенно несбыточным сном, но на этот раз все, кажется, сдвинулось с мертвой точки. Повышение зарплаты (они работали в разных фирмах, но их начальство, как сговорившись, практически одновременно подняло оклад им обоим) дало, наконец-то, шанс попробовать ипотеку.
Кристина знала, сколько это значит для Сашки. Его мотания сначала по общагам, а потом – уже их совместные, после свадьбы – по съемным квартирам выпивали все силы. Заставляли считать себя никчемным, ничего не сделавшим в этой жизни неудачником. Как ни крути, мужчина должен иметь свой дом, чтобы в полной мере ощутить себя хозяином, главой семьи. Кристина это понимала. И хотя ей в маленькой съемной однушке жилось, в общем-то неплохо – муж рядом, работа есть – но она также сильно хотела иметь собственное жилье.
Итак, дело только за ней. Нужно взять две справки из диспансеров, и лучше это сделать как можно быстрее, потому что цены на жилье теперь растут с невероятной скоростью. Жаль только, как раз сейчас она немножко приболела. Скребущее горло, нехороший грудной кашель, сопли из носа, температура, слегка перевалившая за 37. А на улице нежданно мороз грянул. Впрочем, почему нежданно… конец октября, самое время. Ну ничего, до работы же дошла, значит и до диспансеров этих доберется.
- …а завтра я схожу с тобой, - продолжал Сашка. – Вместе возьмем эти справки. Они же до часу работают.
- Да? Правда, сходишь?
Кристина удивилась во второй раз. Обычно по субботам муж, вымотанный до предела, отлеживался дома. А тут вдруг… надо же.
- Ну давай пойдем вместе, - тут же согласилась она, улыбаясь.
- Договорились. Стюшка, слушай, я сегодня задержусь на часик. Где-то в семь, может, чуть позже выйду. Работы много. Ладно?
- Конечно. Только не сиди там долго, пятница все-таки, работа от тебя никуда не денется. Придешь в понедельник, а она тут, как тут.
Муж засмеялся.
- Ну все, целую, зайчонок, пока! Побежал я.
- Целую! Пока! – откликнулась Кристина и положила трубку.
Глянув на часы, она продолжила чтение договора. Но мысли уже побежали в другом направлении. Оба диспансера по рабочим дням принимали до семи вечера, значит, она может успеть заехать хотя бы в один уже сегодня. Тогда завтра Сашке не придется тащиться с ней в два разных места. Да и на фильм, который хотелось сегодня посмотреть, она вполне успевает. Хм… Она поерзала на стуле, задумчиво погрызла кончик карандаша. Пожалуй, придется отпроситься с работы на полчасика пораньше, иначе нет никаких гарантий, что успеет добежать до места назначения. Она же там ни разу не была, вдруг заблудится? С нашими улицами-закоулками, это как нечего делать. Приняв решение, Кристина удвоила скорость чтения, и к половине шестого договоры были готовы.
Отпустили ее без проблем, и она начала было собираться. Но тут в отделе возник начальник, а следом появился и генеральный директор всей фирмы. С ними прибыло несколько помощников, которые шустро соорудили стол, водрузили на него шампанское, фрукты и конфеты. Народ начал шушукаться, обсуждать, что бы сие значило, и по какому поводу праздник? Но никаких вразумительных предположений не было. И тут Кристине пришлось удивиться третий раз за этот вечер. Генеральный, позвав всех, к столу, средней торжественности голосом объявил:
- Дорогие мои сотрудники, хочу поздравить вас с успешным окончанием месяца. Мы все неплохо поработали, но особенно меня впечатлили именно ваши результаты. Я вообще, давно заметил, что из всей фирмы только ваш отдел выполняет план точно в срок…
Народ засмеялся.
- Так что я решил вас как-то поощрить, - генеральный улыбнулся. – Оставляйте на сегодня свои дела, подходите, угощайтесь, а мы с Сергеем Валентиновичем вас покинем, чтобы вы чувствовали себя совершенно свободно.
Все захлопали, ребята потянулись к шампанскому, девчонки немедленно полезли за шоколадными «мишками».
Кристина растерялась. С одной стороны, надо бы уже бежать, она ведь уже приняла решение. С другой, такая щедрость со стороны директора случалась, на ее памяти, впервые, и не отметить с коллегами было бы как-то… неуважительно что ли.
Она вздохнула, перевела взгляд с собранной сумки на стол с фруктами. Ну нет, обещала, значит, обещала, пусть даже только самой себе. Быстренько попрощавшись с девчонками и поймав на себе недоуменные взгляды, подхватила сумку и почти бегом спустилась по лестнице.
Времени оставалось впритык, поэтому шла она очень быстро. В метро, по переходам, из метро, по темной улице, перерытой строителями… Холодный северный ветер залетал под пальтишко и, несмотря на теплую кофту и шарф, продувал насквозь. Только бы не заболеть, думала Кристина, прижимая руки к груди, чтобы хоть как-то сохранить стремительно ускользающее тепло. Или, может, повернуть назад. Пойти спокойно домой. Тоже ведь не лучший вариант простыть окончательно и свалиться с ангиной или воспалением легких. Или нет… раз уж пошла, надо доделать дело до конца. Да и Сашка будет рад, он об этой квартире лет пятнадцать мечтает. Вот сейчас возьму справку, и мы будем на один шаг к этому ближе. Господи, только помоги не заболеть!
Она боялась, что пропустит нужный дом, но, к счастью, диспансер нашелся сразу. Кристина влетела в помещение запыхавшаяся и взмокшая, как мышь, расстегиваясь на ходу. Посмотрела на большие часы в холле – 18:44. О, еще успевает!
Тетенька в регистратуре без вопросов выписала нужную справку, медсестра (или это была врач?) подтвердила что все в порядке, и Кристина без одной минуты семь вышла наружу. Сначала хотела подождать еще немного в холле, остыть и только потом отправляться на улицу, но диспансер закрывался, да и неудобно, в общем, было топтаться рядом с охранником, и так искоса поглядывавшем на прибежавшую под конец рабочего дня посетительницу. Кристина пошла обратно, пытаясь скорее добраться до спасительного тепла подземки. Добежав до метро, нырнула внутрь и, наконец, почувствовала себя спасенной. Организм вроде выдержал и заболевать не собирался. Спасибо, Господи! Хотя, надо еще завтра проверить. Но, главное, она была очень довольна. Взяла-таки эту несчастную справку, так что остался последний рывок. Муж будет рад.
В восемь Кристина была уже дома и пила горячий чай с медом. Сашка пока не пришел, но по расчетам должен был вот-вот появиться. Включив телевизор, она нашла фильм, который хотела сегодня посмотреть. Ей нравилась эта история – взрослый мужчина, занявшийся бальными танцами, смог найти в себе силы устоять перед страстной притягательностью своей учительницы и подарить счастье танца собственной жене. Близкий сюжет… Кристина сама занималась танцами и очень хотела, чтобы муж однажды начал ходить вместе с ней. Но Сашка всегда был загружен делами. Работа, компьютер, сломанные железки, помощь друзьям… он был слишком занят для того, чтобы танцевать с женой. И она понимала. Муж, обеспечивал семью, отдавал все силы работе, он пытался построить свой дом. Она понимала.
На экране Ричард Гир сначала неумело, а потом все более уверенно учился танцевать румбу, вальс и квик-степ. Кристина наблюдала за ним, время от времени поглядывая на часы – сколько же раз за сегодняшний день она уже это делала! – но вот уже девять, десять вечера, а мужа все нет. В пол-одиннадцатого не выдержала, позвонила ему на мобильник. Конечно, Сашка не любил таких «контролирующих» звонков. Мол, где шлялся, что делал? Но она уже начала волноваться.
Муж взял трубку сразу, каким-то тихим, виноватым голосом сказал, что уже едет, и отключился. Кристина отложила телефон, завернулась в теплый плед. Очарование фильма несколько померкло, но, глядя на радостных, улыбающихся танцоров, она все же позволила себе помечтать, что однажды вот так же будет стоять на танцполе, и ее вызывающе страстно или наоборот торжественно-скромно будет обнимать муж.
Сашка пришел в одиннадцать.
- Привет, муж, - помахала рукой Кристина, высовывая нос из-под пледа. – Кушать хочешь?
Сашка отвел глаза и странно качнулся.
- Да, хочу, но не буду. Стюшка, я пьян.
Кристина встала с дивана. Голос, вопреки желанию, похолодел.
- А что такое? Почему?
- Мы с ребятами на работе день рождения отмечали. Последние выходные...
Кристина перевела взгляд на календарь.
- Да, я забыла, у вас же всеобщее отмечание в конце месяца. Ну ты хоть позвонил бы, сказал, что задерживаешься. Я же волнуюсь, - она говорила коротко, сухо, не в силах полностью побороть отвращение, которое с детства испытывала при виде пьяных людей.
- Прости, я сам совсем забыл. Сначала работал, а потом… вот…
Он попытался ее обнять, но Кристина вывернулась, не желая вдыхать запах винных паров.
- Не надо, Саш. Все понятно. Ну так что, кушать будешь?
- Нет, не буду. Я лучше спать лягу.
- Хорошо, как хочешь.
Сашка зашел в ванную, а Кристина отправилась на кухню, убирать в холодильник несъеденный ужин. Еще пару лет назад, она бы стала выяснять отношения, требовать, чтобы он ей объяснил такое поведение, может быть плакать, жалуясь на раненые чувства. Но за эти два года произошло слишком много событий. Событий, сделавших ее чуточку взрослее.
Вымыв посуду, Кристина заглянула в комнату. Муж сидел на кровати, держась за живот, и выглядел теперь скорее уставшим, нежели пьяным.
- Стюшка, прости, зайчонок.
Она опустила глаза, пробормотала «угу» и снова пошла на кухню, проверить выключен ли газ. Из ванной донеслись какие-то подозрительные звуки. Кристина повернулась посмотреть. Мужа тошнило.
- Может, тебе активированный уголь дать? – спросила она, сама не зная, что ей движет – жалость или брезгливость.
- Нет, нет, не надо, - промычал Сашка. – Я спать.
Кристина кивнула:
- Хорошо. Ложись.
Сашка упал на кровать, еще раз, уже проваливаясь в сон, шепнул: «прости», и выключился. Кристина посмотрела на него, поправила ему одеяло и вышла налить себе еще чаю. Спать не хотелось. Хотелось танцевать.
Пятница, суббота, воскресенье… В воскресенье она снова пойдет на танцевальное занятие.
Значит, план понятен. Сегодня – спать. Завтра – разговор с мужем и последняя справка. А послезавтра… а послезавтра будут танцы.
Юлия Степанова (псевд. Юстина Южная),
Россия Москва
По образованию и профессии литературный редактор. По зову души писатель. По жизни христианка.
Библиография:
"Визажист" (рассказ) - журнал "Реальность фантастики", №6 - июнь 2007 г., Киев
"Правдивая ложь" (статья) - газета "Вечный зов", февраль 2006 г., Санкт-Петербург (http://www.vzov.ru/2006/02/09.html)
"Лестница в Детство" (рассказ) - журнал "Благодатная семья", №4(92), 2004 г., Московская обл.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Хорошо, только почему то захотелось продолжения.... Комментарий автора: Спасибо большое.
А продолжение... может быть, послезавтра... ;)
Уданович Ирина
irka325@yahoo.com
2005-11-05 06:24:59
Очень жизненно. Мне нравится, что можно размышлять вместе с автором. И потом, совершенно неожиданное окончание. Кусочек чьей-то жизни. Комментарий автора: Ирина, спасибо большое!
Вы верно сказали, этот рассказ - кусочек жизни. Рада, что удалось это передать.
Вера Новая
vera@liliadolin.ru
2005-12-10 09:47:26
Очень хорошо написано, чувствуется литературное чутье (художественное!). Вы правы, Юля, что семейная жизнь бывает разной, даже у христиан. Жаль только, что о жизни во Христе сказано не в самом произведении, а в Вашем комментарии. В тексте видно, что Кристина пережила какие-то моменты в своей жизни, о чем говорят буквально три предложения. Однако, по тексту непонятно, что это было (просто факт – было и все). Покаянием, встречей с Господом вряд ли эти события можно назвать, ибо фраза «Событий, сделавших ее чуточку взрослее» опровергает такое предположение. Покаяние по определению Дерека Принса - это «действие, которое разворачивает человека на все 180 градусов». Словосочетание «чуточку взрослее» и разворот на 180 градусов – разные вещи. Но, тем не менее, за неизвестных читателю два года героиня стала лучше. Мы это видим.
Очень удивило обращение Кристины «Привет, муж»:) В отношениях мужа и жены (в обычной жизни) прямое обращение друг ко другу словами «муж», «жена»… очень редкое. У нас есть ИМЕНА! Для любимых и родных – ЛАСКОВЫЕ ИМЕНА и обращения: «Сашка» (в тексте это звучало мягко), «Стюша», «зайчонок»,.. Понятно, что Кристина переживала и возможно раздражалась, что Саша так долго задерживался, но… «любовь все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит…», а по тексту видно, как сильно Кристина любит Александра! К тому же, это обращение прозвучало до того, как Кристина поняла, что муж – пьян. Словом, заковырка такая:) Я не против самих слов «муж», «жена», наоборот, приятно, когда люди называют именно этими словами друг друга в разговоре, а не местоимениями, вроде «сам», «моя» и т.п. И тем не менее.
В целом, с удовольствием повторюсь, рассказ порадовал. Спасибо Вам, Юля. Комментарий автора: Спасибо за Ваш коментарий.
Этот рассказ - зарисовка из простой жизни простой семьи. И это и есть жизнь во Христе. Способность сдержать себя, способность простить, способность признать свою вину и попросить прощения - плоды такой жизни. О них я и пишу. Можно не поминать имя Христа каждые три секунды, но, тем не менее, быть Его сыном или дочерью.
А что касается "мужа", то в устах Кристины это очень ласковое и доброе обращение. И очень интимное, я бы даже сказала. :) Это уже их семейные традиции.
