Может ли христианин быть сектантом

Может ли христианин быть сектантом?

Не так давно Александр Грашин поднял вопрос о том, что есть секта.
В продолжение поднятой темы хочу поделиться некоторыми своими соображениями на этот счет. Большинство христиан привыкли идентифицировать секты, прежде всего, по догматически-богословским критериям. Те религиозные группы, учения которых, расходятся с догматами ортодоксального христианского богословия – это секты. Отчасти, это верно. Но только отчасти. К подобным явлениям больше подходит термин «лжеучения». Не даром же, очень часто к понятию «секта» добавляют понятия «тоталитарная» и «деструктивная». И я хочу проанализировать понятие секты именно в контексте этих определений.

Идентификация сект по богословской догматике исключает тот факт, что сектами могут являться те религиозные организации, которые «верят правильно». Т.е. исповедуют Никейский символ веры. Но так ли это на самом деле? Я попытаюсь доказать, что не так.
Именно оперируя понятиями тоталитарности и деструктивности. Я попытаюсь показать, что секта – это понятие не только доктринально – богословское, но и структурно-организационное.

Исследователи феномена тоталитарных сект выделили три ключевых момента, характеризующие эти религиозные организации:

1. Наличие ярко выраженного лидера организации или движения в целом. (Чарльз Рассел, преподобный Мун, Виссарион, Рон Хаббард и т. д.)
2. Наличие дополнительно писания, авторитет которого преобладает над авторитетом Священного Писания, или Св. Писание трактуется исключительно с позиций этих дополнительных писаний (книга мормона, сторожевая башня и т.д.)
3. Наличие жесткого контроля за адептами. Беспрекословное подчинение вышестоящему лидеру. Строгая, иерархическая структура.

Но давайте попробуем рассмотреть современные евангельские церкви, которые стоят на правильном доктринальном основании, с позиции этих трех моментов.

1. Наличие ярко выраженного лидера организации

Мной сломано уже немало копий в отстаивании позиции, что пасторство, в его современном варианте, которое мы имеем в наших церквях – это властолюбивая идея, которая не имеет ничего общего ни с учением Христа:

Иисус же, подозвав их, сказал: вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом; (Матф.20:25-27)

Ни с учением Апостолов:

Пастырей ваших умоляю я, сопастырь и свидетель страданий Христовых и соучастник в славе, которая должна открыться: пасите Божие стадо, какое у вас, надзирая за ним не принужденно, но охотно и богоугодно, не для гнусной корысти, но из усердия, и не господствуя над наследием [Божиим], но подавая пример стаду; (1Пет.5:1-3)

И, как выразился священник о. Яков Кротов, «из пасторства делают нечто прямо противоположное, усугубляющее властолюбие, а не изгоняющее его из Церкви»

Кто желает ознакомиться с моими богословскими аргументами в пользу того, что Библия не предусматривает наличия одного человека (пастора) во главе церковной общины, не предусматривает авторитарного стиля руководства церквями – может прочитать мои статьи, посвященные этим проблемам.

2. Наличие дополнительного писания

Конечно же, в христианской церкви авторитет Писания незыблем. И не может быть каких либо дополнительных «произведений», которые бы ставили под сомнение авторитет Писания. Проблема кроется в другом. Во многих церквях со временем вырабатывается свой «внутренний» стереотип поведения, которому должен соответствовать каждый, вновь пришедший. Причем, это касается того, что в Библии четко не прописано, и что, по сути, не влияет ни на спасение, ни на духовный рост человека. Но в таких церквях соответствие этим внутрицерковным правилам, исполнение внутрицерковных требований почти приравнивается к соблюдению Заповедей Божьих.

Причем, в большей степени эти правила напрямую зависят от характера, психотипа, личных вкусов и пристрастий пастора церкви.
Придя в такую общину, человек сталкивается с тем, что ему необходимо соответствовать стандартам церковного микросоциума ни чуть не менее, чем стандартам Священного Писания. Он должен начать любить то, что принято любить в этой общине (а это далеко не всегда Бог и ближний) и, не любить, что принято в ней не любить (а это далеко не всегда грех).

Мы сейчас по большей мере, улыбаемся, вспоминая борьбу традиционных консервативных церквей с галстуками, однобортными пиджаками, телевизорами и видеомагнитофонами, барабанными установками и электрогитарами, брюками на сестрах.
Но это и есть не что иное, как проявление «дополнительного протестантского образца» в действии.

Сейчас с галстуками, конечно, никто не борется. Хотя, может быть, и остались где-нибудь ископаемые «христианозавры», считающие сей предмет гардероба «удавкой сатаны» и «стрелкой, указывающей в ад». Но эти примеры как нельзя лучше иллюстрируют то, о чем я говорил выше. И имя сему явлению – духовная унификация сложной, тонкой и уникальной человеческой души.

3. Наличие жесткого контроля.

И вот здесь мы подходим к самому ключевому моменту в определении сектантства, как явления – контролю. Идея жесткого контроля тоже не просматривается в учении о Церкви ни у Христа, ни у Апостолов. Писание провозглашает принцип добровольной подотчетности членов христианской общины друг другу, а не «периодическую отчетность перед вышестоящими органами» (с)

Также и младшие, повинуйтесь пастырям; все же, подчиняясь друг другу, облекитесь смиренномудрием, потому что Бог гордым противится, а смиренным дает благодать.(1Пет.5:5)

Интересна экзегеза слова «повинуйтесь». Оно не означает беспрекословного подчинения вышестоящему, по армейскому образцу, когда приказы командира не обсуждаются. Слово, употребленное здесь, имеет значение «поддаваться убеждению», «быть убежденным». Иными словами, Писание учит младших быть открытыми для убеждения, позволять себя убеждать, а пасторов – прежде всего, убедить человека в правильности или неправильности того или иного. Хотя, кто спорит, самый «убедительный» аргумент для овцы – это хороший кнут в руках пастуха. Но это уже не библейский вариант.
Писание, конечно, рекомендует «спасать страхом некоторых»:

а других страхом спасайте, исторгая из огня, обличайте же со страхом, гнушаясь даже одеждою, которая осквернена плотью. (Иуд.1:23)

Но это не является основанием держать в страхе всю общину. А ведь именно страх является неизменным спутником авторитаризма и контроля. Для Священного Писания
любовь и страх – это антагонистические понятия.

В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение. Боящийся несовершен в любви.(1Иоан.4:18)

Я не устаю повторять мысль, что мы не имеем абсолютно никакого права поступать с нашими братьями и сестрами, да и вообще с людьми, иначе, чем Бог поступает с нами.
Скажите, кого из нас Бог заставил Себя полюбить? Кого из нас Он принудительно выгнал на покаяние? Кому из нас Он сказал: «Если ты сегодня не покаешься, завтра Я тебя в порошок сотру!?»
А почему тогда, пастор может сказать кому-то: «Если ты завтра не подстрижешься (снимешь серьги, смоешь косметику, перестанешь слушать «не ту» музыку – нужное подчеркнуть или дополнить), то я отлучу тебя от церкви?

Беда в том, что эти пастора порой и в самом деле верят, что, выгоняя неугодного человека из своей религиозной организации, они на самом деле отлучают его от Церкви Христовой. Но гораздо большая беда в том, когда в это верят те, кого они отлучают. И именно по этому в подобных общинах доминирует учение о том, что «тьма внешняя и скрежет зубов» начинается сразу же за пределами именно их церкви. И именно их церковь – островок покоя и безопасности. Именно страх быть «выпихнутым» за пределы подобных общин во «тьму внешнюю» заставляет многих находиться в них, мирясь с колоссальной внутренней несвободой.

А теперь задайте себе вопрос: а что с теми, кого действительно отлучили за галстук, или однобортный пиджак, и т.д. (нужное добавить)? Уверен, что отлучали их не за «ношение галстука», а за «гордыню и несмирение». Ведь пастор сказал, что галстук - грех. Ты думаешь по другому? А кто ты такой вообще, чтобы думать? Быстро снять и сжечь это сатанинское изобретение!

И все это было бы очень смешно, если бы не было так грустно. Если бы за этим не стояли реальные искалеченные судьбы реальных, живых людей.
А на место галстука или пиджака можно поставить что угодно, к чему лично пастор негативно относится. Благо, сложившиеся структуры управления церквями, когда личное мнение пастора, зачастую весьма субъективное, имеет доминирующее значение в вероучении конкретной церкви, позволяют это сделать.

Самый ценный дар человеку от Бога – это свобода. Сам замысел Бога создать человека свободным – уникален. Человек создан свободным и для свободы. Конечно же, свобода, данная Богом, не есть вседозволенность. Бог Сам абсолютно свободен, однако, Его личная свобода тоже не есть вседозволенность. Бог Сам не творит ни зла, ни греха, а потому Его подобные требования к человеку выглядят вполне логичными.

История показывает, что человек плевать хотел на эту логику. И плевок этот был совершен именно в сторону Бога. Однако, даже не смотря на это, Бог не забрал у человека дар свободной воли. Бог не превратил человека в тупое животное, бездумно выполняющее любые повеления Хозяина. Даже падшего человека Бог оставил свободным, сохранив незыблемыми Свои главные приоритеты в отношениях с людьми – свободную волю, ненасилие над личностью, ценность и уникальность каждой души. То есть, то, что мы считаем основополагающими принципами христианской веры. Как говорится, читающий да разумеет…

Еще раз о контроле

Слушая некоторые проповеди и анализируя некоторые учения, давно пришел к выводу, что, имея под рукой Библию, власть и кафедру, можно оправдать все, что угодно. И под все, что угодно подвести библейскую базу.
В одной знакомой церкви библейскую базу подвели под стукачество. Да, да! Под элементарное доносительство. Пастор придумал целое учение, назвав его «Учением о домашних Хлоиных», основываясь на:

Ибо от [домашних] Хлоиных сделалось мне известным о вас, братия мои, что между вами есть споры. (1Кор.1:11),

он мотивировал членов церкви на доносительство друг на друга, ему, разумеется. В общем, стучащему да отворят… Честное слово, я ничего не придумал! Я сам сидел на этой проповеди и слушал все это.
Нужна информация о членах церкви – кто что говорит, чем дышит, кто что думает – нет проблем! Придумаем учение, и люди сами будут стучать друг на друга, думая, что поступают по Слову Божьему. А у пастора есть информация. А кто, как известно, владеет информацией, тот владеет миром.

А теперь представьте себе атмосферу «любви и взаимного доверия» в такой общине. В которой никто не может быть гарантирован от того, что то, чем ты сегодня поделился с братом или сестрой, не станет завтра достоянием ушей пастора. И причем это «что-то» не обязательно сплетня, или какой то грех. Ведь и всегда найдутся рьяные приверженцы подобных «учений», которые раньше находились на «полулегальном» положении, но с внедрением этого учения, получат вполне официальные полномочия стучать на своих братьев и сестер. Других же это может привести к замкнутости и излишней подозрительности.

Выводы (грустные).

Почему же так происходит? Почему многие евангельские церкви планомерно движутся по пути к сектантству?
Ну, прежде всего, по тому, что пастора подобных церквей не верят в реальную силу Святого Духа. Они говорят о Духе Святом, они учат и проповедуют о том, что Дух Святой руководит церковью, но сами НЕ ВЕРЯТ В ЭТО! Они уверены в том, что если они не будут «закручивать гайки», то начнется хаос. Они уверены, что без их «бериевских» методов все рухнет и полетит в тартарары.

И так, можно ли отнести церкви с правильной догматикой, но в которых присутствуют вышеперечисленные явления к сектам? Безусловно, можно.

Секта начинается там, где попираются главные дары человеку от Бога – свобода воли, свобода личности, индивидуальность и уникальность, ценность каждой человеческой души.

Секта начинается там, где преобладает духовно – оптовое мышление, тогда как, спасение – «товар» розничный, штучный. Сродни пошиву костюма у портного по индивидуальному заказу. А для этого нужно мерки снять. А они у каждого свои.
Куда проще – как в армии. Плюс-минус два размера, главное – чтобы цвет был одинаковый.

Секта начинается там, где между тобой и Богом встает кто-то третий, указания которого как именно тебе нужно любить Бога, служить Ему, ставятся выше указаний Самого Бога тебе.

Знаете, почему пастора с подобным образом мышления так не любят христианскую психологию, и воспринимают ее в штыки? Да потому, что она обличает их! Она как раз и говорит о сложности и уникальности каждой человеческой души.
Но их проекты, программы и вИдения этого не учитывают. Бог учитывает, а они – нет.

Секта начинается там, где человека начинают палками загонять куда либо. И, по сути, не важно куда – в Царство Божие, или в ад, дорога в который известно, чем вымощена.

Вадим Сибирский © 2006

Может ли христианин быть сектантомПублицистика

Может ли христианин быть сектантом
Публицистика