Купание с акулами - иеромонах Арсений (Соколов)

На запад от Гибралтара, на крайнем юго-западе Испании расположена андалусийская провинция Уэльва, край, славящийся своими клубничными плантациями и национальными заповедниками. Прохладные воды Антлантического океана лижут раскалённый песок полупустынных пляжей. В этом захолустье почти не бывает туристов – суровый океан не манит их так, как ласковое Средиземное море. Сложив одежду подальше от берега – с приливом не шутят – идём, по жёлтому песку и разноцветным ракушкам, навстречу бездне. Купаться в океане! Это вам не какая-нибудь средиземноморская лужа. Метровые волны здесь почти штиль. Решительно, почти с разбега, бросаемся в накатывающую волну, отплываем метров на двадцать. Здесь волны не так ощутимы, как на бе-реговой кромке. Можно, расслабившись, полежать на спине, отдыхать без малейшего усилия, так солона атлантическая вода. Выйдя на берег, собираем небольшие ракушки, створки которых плотно сомкнуты. Здесь их называют семечками. На сковороде живущие внутри этих ракушек моллюски раскроют свои домики, поджарятся в оливковом масле и, осыпанные натёртым чесноком, предложат себя в снедь уставшим от долгого купания бездельникам.
Там и сям на прибрежный песок выносит светло-коричневые, прямоугольной формы, с четырьмя чёрными усиками акульи яйца. Те мамы-акулы, что приносят потомство неплацентно, прикрепляют свои яйца к растущим на дне водорослям. Часть яиц, оторвавшись от этих водорослей, выносится приливом на берег, находя здесь свою смерть. Акулята умирают, не родившись. Именно такой вид акул водится в изобилии в этой части океана.

Неподалеку от берега, среди сосен и эвкалиптов – деревянная избушка моих друзей, Виталия и Татьяны. Хвойный запах. Картошка в мундирах, винегрет, фрукты, зелёный чай – постная русская трапеза. Простота во всём. Красный уголок с множеством бумажных иконок, лампадка, две полочки с книгами. Молитвы утром и вечером, без молитвослова: молитвенное правило Виталий и Татьяна знают наизусть. Поклоны Ефрема Сирина. Освящаем жилище, читаю евангельское повествование о Закхее-мытаре.
В жилище этом они почти не живут. Их второй дом, вот уже десять лет – на колёсах. Старенький фиат с фургончиком, в котором есть всё: стол, седалища, полки с утварью, газовая печка, ночные полати, душ с уборной. Сначала колесили по Германии. Но опостылела им немецкая, во всём регламентированная жизнь, не вынесла русская душа германского орнунга, потянулась к вольному и весёлому иберийскому югу. Последние годы супруги ездят по Испании и Португалии. Играют на площадях маленьких городков, он на флейте, она на гитаре, грустную задумчивую музыку. В основном, классику. Виталий перекладывает сам. Тут же, на улице продают собственные компакт-диски. От городка к город-ку так и передвигается их нехитрый фургончик. Ночуют часто на берегу океана. Ужин – найденные в песке моллюски, селёдка, только что пойманная местными рыбаками. Некондиционную, слишком крупную или слишком маленькую, те отдают бесплатно, всё равно выбрасывать. Отдают и ненужную им сардину. Рыбацкие деревни живут здесь своей жизнью. Неколебимая стабильность, не тревожимая падением евро и коровьим бешенством.

В фургончике Виталия и Татьяны едем в Фаро, небольшой прибрежный городок в Португалии, центр провинции Альгарве. Вдоль дороги толпы невесть откуда взявшихся полицейских, местые жители. Они ждут поглазеть на наследника испанской короны принца Филиппа, автомобиль которого вот-вот проедет мимо их выбеленных до слепоты домиков. Но нам не до этого, нас ждёт другая страна. Всего десять километров от лесного домика наших друзей, и мы уже пересекаем португальскую границу, которой служит небольшая речка Гуадиана. Если б не указатели по ту и другую сторону моста, и не заметить бы этой границы. В Фаро живёт много наших соотечественников, есть даже русская передача на местном радио. Собираемся у Елены, преподающей здесь русский язык. Её квартира – почти коммуналка, снимает её Елена вместе с шестерыми соплеменниками, приехавшими искать в вольной и небогатой Португалии счастья. Молимся на балконе. Ужинаем картошкой в мундирах, запиваем фруктовым чаем.
Рядом с Фаро, параллельно береговой линии – длинный рыбацкий остров, соединённый с материком насыпной асфальтированной дорогой. Мы на пустынном берегу острова. Волны выносят на берег ракушки, мёртвых крабов, всё те же акульи яйца в лохмотьях водорослей.
Поверхность океанской бездны расцвечена багровым закатным солнцем. Умиротворение. Время остановилось. Грозный прибой заглушает тоскливую мелодию флейты.

Иеромонах Арсений (Соколов),
Isla Cristina – Madrid, 2002.

Купание с акуламиПроза

Купание с акулами
Проза