Обычная жизнь необычной молодёжи. Экзамен.

Экзамен.
Сессия самая любопытная и насыщенная пора у студентов. За каждым экзаменом и зачетом стоит, непохожая на остальные и имеющая в то же время много общего с другими, своя история. С каким смаком передаются они десятки раз друзьям, однокурсникам, родителям, истории обрастают свежими фактами, появляется новые курьезные подробности. Если бы не было этих беспокойных дней, молодежь наших учебных заведений потеряла бы половину прелести студенческой жизни. Но это понимаешь потом, когда зачетная книжка закрыта, и можно с легкостью в сердце отправляться на каникулы...
Ольга не любила экзаменов, как большинство нормальных студентов. Переживала ужасно. Сначала садилась за книги. Повторив раннее пройденное за семестр, и, изучив сносно несколько билетов в начале длиннющего списка, она возвращалась к первому вопросу и с ужасом убеждалась, что часть ответа была забыта. Приходилось учить снова, и снова. В голове мешались фамилии, даты, событии, названия городов и стран. Поняв, что усилия теряются напрасно, она оставляла это безнадежное дело и садилась писать шпаргалки. Чужими шпорами она не любила пользоваться, и если кто-то заранее предлагал написать их на пару, она не соглашалась. Разве можно полагаться в этом деле на кого-нибудь кроме себя, накуролесят там все подряд, а ты разбирайся правильно или нет. Или совсем не напишут по какой-нибудь причине, а могут и на экзамен не прийти - в институте все бывало. Поэтому лучше не поспать несколько бессонных ночей, но отправиться на экзамен во всеоружии. Предвкушая еще в начале семестра очарование будущей экзекуции, Ольга, если преподаватели давали шанс, сдавала экзамен автоматом. Но экзаменаторы редко на это соглашались, ведь намного приятнее смотреть на волнующихся студентов с бледными лицами, отыгрываться за каждый пропуск, за каждый насмешливый взгляд, за каждое смешок за партами.
Впереди предстоял экзамен по истории. Предмет сам по себе нетрудный и интересный, но лектор попался строгий и безжалостный. Взглянешь на нее один раз, и понимаешь, что все хорошее осталось далеко позади, за порогом этого семестра. Это была крупная женщина с тяжелым взглядом из-под очков. От одного этого взгляда голова становилась чугунной, и уже нелегко было вспомнить не только фамилии первых демократов в России, но и вторых и третьих тоже, а заодно и свою собственную фамилию. Ее монотонная речь навивала такую липкую тоску, от которой было трудно дышать, единственный выход был побег на волю, на свежий воздух, если не хочешь, чтобы тебя засосало в мрачное и безнадежное болото.
И вдруг, этот преподаватель пообещала отличные оценки автоматом тем, кто будет активно участвовать на практических занятиях во время всего семестра. Это обещание было спасительным кругом, брошенным на помощь добросовестным студентам. К счастью, практические занятия вел совсем другой учитель. Оля решила не упустить свой шанс. Приняв такое решение, и подбив свою подругу Машу присоединиться, девочки начали с усердием штурмовать учебники.
Не успели студенты вволю насладиться оживленной молодой жизнью, как пришлось столкнуться с неминуемым приближением экзаменов. С историей вроде должно было быть все улажено, а за другие предметы Оля не беспокоилась. На практических уроках подруги получали только пятерки, с учителем был найден полный контакт, да еще каждый раз они умудрялись устраивать дискуссии, в которых центром были политические деятели или исторические события. Девчонки были уверены, что экзамен у них в зачетке. Наступил последний урок текущего учебного года. Все прошло как обычно непринужденно и интересно. Но в конце подружек попросились задержаться.
--Мне очень жаль, - сказала Инна Васильевна, - но лектор разрешил ставить автоматом отлично только одному студенту. Я должна поставить Ушкиной, меня об этом попросили.
--Но это же несправедливо! – обрушились студентки на учителя. - От Ушкиной слова не дождешься на уроке. Нет, конечно, зубрила она отменная, но не мыслей своих нет, ни слов. А сегодня к истории разве можно подходить по старым книгам и статьям. Да она и отвечала редко.
Учитель виновато улыбнулся. Всем стало понятно, что разговор на этом закончился.
Остальные студенты непонятно как сразу пронюхали, что случилось. В глаза они ничего не говорили, но за спиной девушек подтрунивали
--Ну, что получили автоматом Калашникова?!
Нерадивых студентов иногда раздражало усердие сокурсников.
Зато Ушкина ходила довольная, и на девочек она смотрела с нескрываемым пренебрежением. На уроках истории Ушкина действительно говорила мало, не любила соваться в споры, вдруг чего-нибудь не то скажешь, да и болтливость шустрых студенток ей явно не позволяла открыть рот. Они на этой истории только мешали блеснуть знаниями. Надо отдать ей должное память у нее была отличная, пары она никогда не пропускала, и готовилась к занятиям добросовестно. Но стоило сделать шаг в сторону от учебников, Ушкина садилась в лужу. И если быть объективными, на этот раз она не сумела показать себя и свои знания во всем блеске. Прав был педагог или нет, отдав единственный голос старательной студентке, каждый рассудит по-своему, но Оля с Машей остались без пятерок.
Первое, что Ольга сделала, вернувшись, домой - это бросилась в свою молитвенную комнату. За помощью и советом она обратилась к своему Отцу. В едином потоке молитвы перемешалось все, она вспоминала, чему училась в молитвенной школе: к Богу возносились молитва благодарения и молитва веры, хвала Богу и славословие. Досталось много нелестных слов и в адрес дьявола. На сердце у Ольги стало намного спокойнее и радостнее. Она почувствовала: Бог ответил на ее молитву, Ему не безразличны ее тревоги. Появилась уверенность, что это именно тот случай, когда она точно увидит ответ на молитву. Бог не благословляет тунеядцев, эта она знала наверняка, и сегодня она имела дерзновение просить, и знала, Бог на ее стороне, она потрудилась и должна вкусить плоды своих трудов.
Вечером Ольга встречалась со своими верующими друзьями в кафе, на местном бродвее. Оля с Никитой подошли первыми, они выбрали столик возле живых экзотических цветов. Через несколько минут к ним присоединился Миша. Он был как всегда в прекрасном настроении.
--У меня новая идея.
--Как опять? У тебя идеи рождаются быстрее, чем умные мысли.
--Ага, я сам удивляюсь. Надо к 1 сентябрю, Дню нашей независимости концерт провести, можно под это дело многих людей пригласить, кстати, не только русской национальности. У меня уже и набросок сценария есть.
Миша достал исписанные мелким почерком страницы.
--В лучшем случае половину у тебя зарубят, - к столу присоединился Борис, он слышал последние фразы Михаила.
--Почему, нет, ты скажи почему?
--Честно, не знаю. Но зарубят обязательно.
Никита с Олей просматривали записи и смеялись.
--Классно, - вернул Никита листки, - я вот удивлюсь, почему тебя еще в Москву не пригласили, или хотя бы к Ледяеву.
--Там своих талантов хватает.
--Эх, придется мне поменять свой профиль и стать твоим продюсером, – пообещал Борис, - без меня ты не пробьешь себе дорогу.
К столу подошла Алла:
- Ну, как экзамены начались? – спросила она Олю.
--Лучше не вспоминай, можно, о чем нибудь другом, более приятном, поговорить, например, о стоматологе.
--Ну что ты переживаешь из-за таких пустяков, экзамены дело проходящее. Через год ты забудешь и преподавателя, и его имя, и какую оценку получила, - успокаивала Алла. Она как всегда была спокойна и уверенна.
--А я вот помню, - вмешался Никита, он учился в литературном институте, - нас преподаватель однажды достал, он на экзамене всех студентов спрашивал, почему у Евгения Онегина снег на воротнике искрится, блестит, или что-то в этом роде, я уже точно не помню. Сколько версий мы ему не предлагали, все мимо. Наставил из-за этого бобрового воротника плохих оценок. Выставил всех нас круглыми идиотами. Но когда мы взмолились, чтобы он нам сам ответил, он уклонился от ответа. До сих пор не пойму, зачем нужно было комедию ему ломать, и существовал ли правильный ответ на этот вопрос.
Оля только протяжно вздохнула.
--Ты совсем девушку запугал, - вмешался Борис, - главное, никогда не вешать нос, уповать на Бога, радоваться во всех обстоятельствах. Экзамен – это лишний повод прославить Имя Господа. Ты молилась?
--Да.
--Лишняя молитва не помешает. Молитву согласия применяла?
--Вот только до нее еще дело не дошло.
--Алла, ты у нас всегда самая умная.
--Хм, - то ли одобрительно, то ли не очень пробурчала Алла.
--Да не хм, а молись, давай, - Борис как-то научился справляться со строптивой Аллой.
Алла добросовестно, как и полагалось, провела молитву.
--Смотрите, кто пришел, Андрей, ты как всегда вовремя.
--А вы, что за этот столик уселись, - первое, что сказал Андрей присев рядом, - у него ножка шатается.
--Извини, брат, не заметили.
--Вы следующий раз ближе к тому окну садитесь.
--Обязательно, - дружно ответили ребята.
--Ну что у вас нового?
--Миша, новый сценарий предлагает, необходимо найти недочеты. Не поможешь?
--С удовольствием.
--Миша, ты умеешь достойно выслушивать критику?
--Сейчас проверим. По-моему он уже позеленел.
--Да что вы, - поддержала Оля Михаила, - мне все очень понравилось.
--Миша, запомни это, не обойди вниманием, когда будешь на Эвересте славы.
--Да, дайте же почитать, - не вытерпел Андрей.
--Ни за что, - Миша спрятал листки в свою спортивную сумку.
Ребята долго дурачились, шутили и смеялись. Ольге хорошо было рядом с ними. Экзамен отодвинулся на третий план.
--Как жаль, - промелькнуло в голове у Оли, - что наша жизнь не может быть всегда такой приятной и веселой. Ну, кто придумал эти экзамены?

На другой день Оля потянула свою подругу к Инне Васильевне:
--Не могут нам не засчитать экзамена, я молилась, мы должны идти к преподавателю.
Маша, не очень уверенная, все же поплелась за Ольгой.
Когда учительница увидела девочек, то попыталась скрыть на своем лице досаду.
--Мы пришли узнать новости об экзамене, может быть есть какие-то изменения?
--К сожалению, нет.
--Этого не может быть! – твердо сказала Оля.
--Девочки, я бы с радостью вам помогла, но от меня ничего не зависит.
Уверенные студентки пытались ей доказать свою правоту, но все напрасно. Приходилось уходить ни с чем.
Оля немного растерялась. На другой день они опять подошли к Инне Васильевне:
--Это опять мы.
--Я вижу.
--Новости есть?
--Все то же самое. Я бы рада помочь, но не могу.
--Я не знаю, почему не сработала молитва на этот раз, но точно не из-за отсутствия веры, - подумала она, а вслух добавила. - Вы на всякий случай запомните наши фамилии Смирнова и Васильева.
Преподаватель ничего не ответила.
Потянулись невеселые дни подготовки к экзамену. Один экзамен уже был сдан на отлично. Впереди была история, в которой профессора-то не могли сегодня достаточно хорошо разобраться, а требовали не только знаний, но и дополнительных материалов, докладов политиков и решений съездов. Ольге всегда казалось, что на всех этих съездах и докладах говорилось одно и то же. Она запомнила только несколько слов: улучшать, повышать, бороться. Остальное можно было вставлять по своему желанию, не ошибешься. К встрече с грозным преподавателем Ольга готовилась основательно. Учила, повторяла, все, что можно было запомнить, на всякий случай припасла несколько шпаргалок. Но все равно боялась этого дня, как неминуемой гибели.
На экзамен она решила ехать чуть позже, чем обычно, медленно собираясь в институт, она нехотя, без аппетита пила кофе, еще медленней приводила себя в порядок у зеркала. Оле очень хотелось, чтобы время остановилось совсем, или хотя бы на месяц, другой. Но стрелки часов безжалостно вращались вокруг своей оси. Как Ольга ненавидела свою робость. Как здорово, думала она быть уверенным, сильным и всегда спокойным, не зависимо от обстоятельств и окружающих людей. Такие студенты тоже встречались, они могли зайти на экзамен первыми, уверенно нести чушь преподавателю, смело, глядя ему прямо в глаза. Но даже если этот номер у них не проходил, они совсем не расстраивались, или делали вид, что не расстраивались, но выглядели и в этом случае как победители. Ольга была полной противоположностью. Она даже если знала все, бледнела и краснела, говорила не очень уверенным голосом и все время пыталась припрятать подальше, чтобы преподаватель не заметил внутренний трепет. А учителя чаще всего любили уверенных студентов, это она усвоила давно.
Дом остался позади. Быстро, быстрее, чем обычно доехала Оля на метро.Маршрутка, неизбежно подкатила к воротам института. Вздохнув, уже двадцать пятый раз, Оля выбралась из машины. Ее слегка подташнивало от волнения. Не успела она войти во двор, как к ней подошли три неразлучные подруги- однокурсницы.
--Ты что здесь делаешь? – спросили они втроем сразу.
--А что, уже все экзамены сдали?
--Нет, сдают. Тебя уже несколько раз спрашивали.
У Ольги все обмякло внутри.
--Зачем? – в голове промелькнуло несколько версий, одна хуже другой.
--Иди, вам автоматом поставили. Твоя Машка уже давно счастливая тебя во дворе на скамейки дожидается.
У Ольги в голове зашумело. Вместо липкой ползучей тоски поднялся фонтан эмоций и всплеск радости.
--Это Бог, - только она и успела проговорить девушкам.
--Ты что стоишь, - иди заходи смело, зачетку на стол, через минуту на свободе.
--А вы то сдали?
--Я сдала на тройку, Шахнозка пересдавать придет через неделю, а Диля совсем решила сегодня не заходить.
Веря и не веря своему счастью, Оля поторопилась к кафедре истории.
Там ее встретили завистливые взгляды однокурсниц. Ольга открыла дверь и вошла в аудиторию. Из-под очков на нее взглянул недобрый взгляд преподавателя. Казалось, она хотела испепелить взглядом счастливого студента, вывернуть наружу все его внутренности и заглянуть в самую душу. Ольга мужественно выдержала этот взгляд.
С большим сожалением и нехотя, так, во всяком случае, показалось девушке, она открыла студенческую книжку. За книжку Ольге не пришлось краснеть, там уже стояла пятерка за предыдущий экзамен.
Еще раз, смерив девушку с ног до головы сверлящим взглядом, как будто пытаясь разобраться, заслуживает ли студентка отличной оценки, преподаватель поставила пятерку. Ольга была счастлива. Мило улыбнувшись, и поблагодарив за оценку, она вылетела за дверь. В коридоре ее радости не было предела. Хорошо, что в сумке были евангелизационные буклеты, она и сама удивилась своему красноречию. Одна студентка достала из потаенного места маленькую иконку, другая бумажку с исписанной молитвой. Теперь после этой победы говорить о Боге было легко. Девушки слушали, но не особо сильно соображали, им предстояло войти в страшную дверь, и их мысли были далеки от искупительной жертвы Христа, хотя сейчас они казалось, поверили бы всему, что могло бы их спасти от экзамена. Зато счастье затмило глаза Ольге, она выскочила в студенческий двор, Маша невозмутимо сидела возле фонтана на скамейке.
--Я же говорила, Мой Бог Всемогущий Бог.
Маша промолчала. Она и сама верила в Бога.
Как и положено большинству православных верующих, она периодически заходила, в свою Церковь, ставила свечки, верила во всевозможные приметы и увлекалась гороскопами. Она не поддерживала перемену религии своей подруги. Маша была твердо убеждена: каждый человек родившийся в своей вере, должен в ней и оставаться до конца своей жизни. Они много спорили по этому поводу раньше, каждый так и остался при своем мнении, но дружить не перестали. Сейчас Маша не стала поднимать этого вопроса, тем более она была довольна не меньше Ольги своей оценкой.
--А пойдем поблагодарим нашего учителя, я думаю, ей будет приятно, - предложила Оля.
Маша, конечно, согласилась. Когда Инна Васильевна опять увидела студенток, у нее потемнело в глазах.
--Спасибо, мы сегодня самые счастливые.
Учитель облегченно вздохнула.
--Интересно, что подействовало больше вера Богу или моя настойчивость? - промелькнуло у Ольги в голове. Но вслух она не высказывала свои мысли.
--Одно другому не мешает, тем более моя настойчивость исходила из моей веры. В жизни бы я так не смогла ходить и добиваться себе оценок, если бы не Бог.
Одного только Ольга не могла понять, почему же Машка получила пятерку, молилась Ольга, в вере стояла Ольга, исповедывала Ольга, да и живому Богу верила она.
Когда уже девочки садились в маршрутку, Оля ясно вспомнила одно место писание из Библии, оно и послужило ответом на ее вопрос:
« Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных.»

Обычная жизнь необычной молодёжи. Экзамен.Проза

Обычная жизнь необычной молодёжи. Экзамен.
Проза