Две сестры - Дмитрий Ляляев

АВТОР.
В старом городе губернском,
У подножия горы,
Жили в доме деревенском
Две красавицы-сестры.

Станом стройны, ликом нежны,
Нравом кротки и чисты,
И добры, и безмятежны -
Воплощенье красоты.

Звали старшую Наташей,
Ей от роду двадцать лет.
И Наташи нашей краше
В целом свете просто нет.

И вторую вам девицу
Уж представить я готов:
Звать Еленой молодицу
Восемнадцати годов.

Чем девицы эти жили.
Я включаю в свой рассказ:
Зарабатывая, шили
Сестры платья на заказ.

Как-то вечером, в субботу,
Когда тянет поболтать,
Отложив свою работу,
Сестры принялись мечтать.

НАТАЛЬЯ.
Как бы мне подрасстараться,
Да привадить иностранца,
Чтоб увез меня он, слышь,
В Лондон или же в Париж.

Я б алмазами блистала
И была б хозяйкой бала.
Миновала бы нужда,
Я не знала бы труда.

ЕЛЕНА.
Брось, сестрица, напрасно гордиться!
Мне бы парня дождаться с границы.
Нам с Ванюшей - хоть в жёсткие нары,
Не нужны нам Париж и Канары.

Пусть бы жили мы с ним в старом доме,
Пусть бы спали на мокрой соломе.
Мне с любимым и ласковым мужем
Никакой Шварценеггер не нужен.

НАТАЛЬЯ.
Не надейся зря, сестрёнка,
Не придёт к тебе мальчонка.
Службы срок два года был,
Он давно тебя забыл!

ЕЛЕНА.
Не пристало с тобой мне браниться.
Он два года писал мне с границы.
Ты меня клеветой не обидишь,
И его я дождусь, вот увидишь!

Из-за двери раздаётся голос Ивана.

ИВАН.
Больше слов не говори!
Дверь пошире отвори:
Боль разлуки пронеслась,
Пробил долгожданный час!

Елена распахивает дверь. Входит Иван, одетый в солдатскую шинель.

ЕЛЕНА.
Нынче я за себя не в ответе,
Не бывает такого на свете!
Повтори своё доброе слово,
Я от счастья заплакать готова!

ИВАН.
Нет нужды переживать!
Стол извольте накрывать.
Скоро время подойдёт
И настанет Новый год!

Иван открывает "дипломат" и достаёт бутылку "Шампанского". Ставит на стол.

НАТАЛЬЯ.
Это всё, конечно, славно,
И чудесно, и забавно,
Ну а мне-то как же быть?
Не одной же, право, пить!

Раздаётся стук в дверь и голос Майкла.

МАЙКЛ.
Лет ми кам ин тру дыс дор!
Вы не бойтесь, я не вор;
Ай воз драйвинг май "Тойота"
И заехал в этот двор.

Как назло случилось всё,
Прохудилось колесо.
Разрешите обогреться,
Джаст ту сэйв май нэйкед сол.

НАТАЛЬЯ.
Как мне звуки эти близки,
Говорит-то по-английски!
Эй, Ванюша, не зевай,
Дверь пошире открывай!

ИВАН (открывая дверь и впуская Майкла):
Прибыл на деньгах верхом
Из далёких Оклахом.
Да не стой же ты мешком!

НАТАЛЬЯ. Плиз би хир лайк эт ё хоум!

Входит Майкл. Видит Наталью и с минуту изумлённо на неё смотрит. Затем закрывает глаза рукой.

МАЙКЛ.
Итс импоссибл, май Год!
Вот уже который год
Вас я вижу в сновиденьях,
Мой запретный нежный плод!

Вы волшебной силой чар
Разожгли во мне пожар.
Вас, май лов, искал я всюду,
Олл эраунд земельный шар!

НАТАЛЬЯ (в сторону). Аж не верится в такое.
Не видать тебе покоя!
(Майклу). Заходи же, милый Фрэд,
Ай шелл би ё беттер фрэнд.

МАЙКЛ(садясь за стол).
Сэнк ю, мисс, за табурет,
Но зовут меня не Фрэд.
Я с рождения Майкл Стоун,
Вот вам вкратце мой портрет:

Я родился в Ю.Эс.Эй.,
И во время жизни всей
Я богатством выделялся
Изо всех моих друзей.

Был я молод и горяч,
Рядом денежных удач
Был однажды я обласкан,
Заработал вери мач.

Жил без бед и без труда,
Но нагрянула беда:
Вас во сне увидел ночью.
И пропал я навсегда.

С той поры за много лет
Обошёл я целый свет
И везде искал подругу,
Каковой на свете нет.

Но сегодня, в этот час,
Наяву я встретил Вас!
Я готов лишиться речи
От сиянья Ваших глаз!

НАТАЛЬЯ (в сторону) Я тебя, дружочек милый,
Полюблю с не меньшей силой!
(Майклу) Ам ин файр, я вся горю!
(в сторону) Что за чушь я говорю!

Майкл берёт руку Натальи и пылко её целует.

ИВАН.
Недурён, однако, хват
Этот аглицкий магнат!
Враз весь банк сорвал игрок
За такой короткий срок.

ЕЛЕНА.
Ну, а ты-то что, сокол мой ясный,
Не порадуешь сказкой прекрасной?
Расскажи, как служил, что ты видел,
И кого там любил-ненавидел.

ИВАН.
Есть рассказик, да не тот,
Чтоб его под Новый год
Излагать. Оно не шутка:
Как бы вам не стало жутко.

НАТАЛЬЯ.
Я уж вся дрожу, робея!
Начинай рассказ скорее!
Появись чертей здесь рать,
Им меня не напугать!

ИВАН.
Ладно, слушайте рассказ.
Было весело у нас:
Мухи, тиф и гепатит,
Русским там не климатит.

Солнце, скалы да песок,
Снайпер целится в висок-
В общем, южная страна
И идёт в стране война.

Там солдатик, что без сил
Службу тяжкую сносил
На заставе на одной,
Подружился... со змеёй.

Он нашел её в горах;
Поборов в себе свой страх,
Положил её в мешок
И поверг заставу в шок.

Та змея была больна:
Тяжко ранена, она
Умирала средь камней;
Он заботился о ней.

Угощал её медком
И сгущённым молоком,
Словно старый ветеран,
Излечил её от ран.

И однажды, в летний день,
Та змея, укрывшись в тень,
От заставы уползла
И солдата увела.

Показала ручеёк,
Где попил солдат чаёк,
Подремал, закрыв глаза
И заснул на два часа.

Пробудившись, тот солдат
Враз взялся за автомат:
Угасает солнца свет,
А змеи в помине нет.

Вмиг вернулся он назад
И увидел сущий ад:
Все товарищи подряд
Перерезаны лежат.

Бой здесь был жесток и скор;
Вышла банда из-за гор,
И погибли кореша
Под ударами ножа.

Ни в какие больше дни
Не видал солдат змеи.
Так вернула долг сполна
Та, кто им же спасена.

Ну, а что же тот солдат?
Он ни в чём не виноват.
Отслужил, пришёл домой,
И стоит средь вас, живой.

Некоторое время в комнате царит тишина.

НАТАЛЬЯ.
Ничего себе рассказик!
Ты, Иван, лихой проказник.
Я, конечно, не помру,
Но и сказка - не к добру.

МАЙКЛ.
А чего мы всё сидим,
Друг на друга всё глядим?
Ведь шампанского бокалом
Мы себе не навредим!

Майкл берёт бутылку и разливает шампанское. Все встают с бокалами в руках.

ИВАН.
Выпьем же за Новый год,
За оконченный поход
И за мёртвых, что не с нами,
Что собой прикрыли знамя!

Все опорожняют бокалы.

МАЙКЛ.
Ба! Какой же я дурак!
Просто сдвинутый маньяк!
Третий час в моей машине
Мёрзнет фирменный коньяк.

Натали, позвольте мне
Принести его извне.
Мы его прикончим дружно
Этой ночью при луне.

ИВАН.
Мне бы тоже покурить
Да с месье поговорить.
Ночью надо всё ж с опаской...
Да и помогу с "запаской".

Оба уходят.

АВТОР.
Тут бы мне остановиться
И закончить свой рассказ,
Только истины страшиться -
Это, братцы, не для нас.

Полчаса прошло, как двое
Дом покинули ночной.
Сёстры лишены покоя
Под гнетущей тишиной.

Наконец, Наталья вышла
В тёмный, страшный двор одна,
И её уже не слышно.
Что увидела она?

Есть для ужаса причина,
Скрыть её я не могу:
Перевёрнута машина
В кровью залитом снегу!

Через триплекс запотевший
На Наталью глянул вдруг
Жуткий и окоченевший,
Безнадежно мёртвый друг!

В тот же час, страшнее смерти,
Подавляя Ленин крик,
К ней, держа письмо в конверте,
Безобразный шёл старик.

"Получите извещенье, -
Молвил мерзкий лилипут, -
Подтвердите полученье,
Распишитесь тут и тут".

После вновь к ней обратился:
"Ваша в панике сестра.
Иностранец там разбился,
Так ведь было то с утра".

Но Елена не слыхала,
У неё застыла кровь.
Как в бреду, она читала
Извещенье вновь и вновь:

"...Враг повсюду будет сломлен.
На переднем на краю
Рядовой Иван Соломин
Смертью храбрых пал в бою."

Подписал начальник штаба,
Дату лишь назвать пора:
"Тридцать первое, декабрь,
Восемь-сорок пять утра"!

Вот вам чаша с горьким ядом
Для любителей искусств!
Две сестры с безумным взглядом
Разом рухнули без чувств!

Довольно продолжительное время сестры лежат неподвижно. Наконец, Наталья открывает глаза и встаёт.

НАТАЛЬЯ.
И приснится же, однако!
Я дрожу, как та собака.
Что замёрзла во дворе
В позапрошлом декабре!

Видит лежащую на полу Елену и приводит её в чувство.

НАТАЛЬЯ. Эй, сестра, вставай скорее!
Я вином тебя согрею.
(задумчиво) Кто принёс сюда вино?
Впрочем, нам не всё ль равно?

ЕЛЕНА.
Не греши же, сестра, ради Бога!
Смерть стучится к нам в двери с порога.
Лишь взмахнула своими крылами,
И задула любви моей пламя!

Елена протягивает Наталье извещение о смерти Ивана. Наталья читает, бледнеет и роняет бумагу на пол.

НАТАЛЬЯ.
Что ж, выходит, это правда?
Я сама себе не рада.
Значит, в ночь на воскресенье
Нам явились привиденья!

Горе, горе нам, сестрица!
Не нужна мне заграница!
Свет, что был вчера мне мил,
Стал вдруг мрачен и постыл.

Майкл, откликнись, мой жених,
Покажись хотя б на миг!
Этой муки не стерплю,
Лучше влезу я в петлю!

ЕЛЕНА.
Не гневи больше небо, Наташа,
То судьба предречённая наша.
И придётся нам нынче со скорбью
Распроститься навеки с любовью.

Я клянусь пред людьми и пред Богом:
Буду жить в этом доме убогом,
Вечерами молясь неустанно
За покойного друга Ивана.

Неожиданно в комнату входят Иван и Майкл с двумя бутылками французского коньяка. Сестры в ужасе смотрят на них, не произнося ни звука.

ИВАН.
Браво, Лена! Верил я,
Что крепка любовь твоя,
Но и я не ожидал,
Что такой нас ждёт финал.

Шутка наша хоть и зла,
Но к добру нас привела:
Я навек отныне твой,
И не призрак, а живой!

Ту "Тойоту", я не лгу,
Повернули мы в снегу
Рычагами из досок;
Кровью ж был томатный сок.

А купили тачку ту
Мы от Пянджа за версту:
Мы сложились с корешком,
Не шагать же нам пешком!

Где нашли мы хладный труп?
Майкл лицом с рожденья груб.
Познакомьтесь: Камнев Миша,
Закадычный мой дружище!

МАЙКЛ.
За пол-литра коньяка
Мы наняли старика,
Что принёс сюда бумагу;
То моя была рука.

ЕЛЕНА.
Я смотрю вам в глаза, и не верю,
Что не скроетесь вновь вы за дверью.
Для чего же, скажите на милость,
Эта мрачная шутка случилась?

ИВАН.
Не дожить мне до седин.
Смысл тут был всего один:
Чтоб твою Наталию
Не влекло в Италию!

НАТАЛЬЯ.
Объясните, Бога ради,
На каком я маскараде?
Есть проснуться мне резон,
Или снова будет сон?

Что за новости я слышу?
Ты, выходит, просто Миша?
Не беда, ведь ты со мной
И не мёртвый, а живой!

Но не дай пропасть надежде:
Можно звать тебя как прежде?
Обещаю: сей сюрприз
Есть последний мой каприз.

МАЙКЛ.
Счастье краткое лови
В пору пира и любви!
Мне, Наталья, всё едино,
Хоть Кинг-Конгом назови!

Пары обнимаются и пускаются в пляс.

АВТОР.
Да простится мне усталость
В сей веселья полный час.
Мне совсем осталась малость,
Чтоб закончить мой рассказ.

Здесь спустя лишь три недели,
Испуская синий дым,
Свадьбы празднично летели
Вдоль по снежным мостовым.

Чья там песня звонко льётся,
Колокольчик чей поёт?
В Божий храм кортеж несётся
Из подержанных "Тойот".

Прикорнули молодицы
На сидениях своих.
Счастьем светятся их лица,
Вот невеста, вот жених.

А потом в старинном доме,
Что собрался на покой,
В сладкой и хмельной истоме
Разразился пир горой.

Понапрасну вьюга злится!
С новогодней той поры
Не устанут веселиться
Две красавицы-сестры.

КОНЕЦ.

20-21 ноября 1993 г.

Две сестрыДраматургия

Две сестры
Драматургия