Сонькины печали - Тихонова Марина

- Её нет, понимаешь, это конец, - ревела Сонька в трубку телефона.
- Кого нет? Чего конец? Ты вообще о чем? – недоумевала я.
- Щетки, щетки зубной нет, понимаешь?
- Сонечка, милая, ты меня не пугай. При чем тут щетка? Я ничего не понимаю.
- Ну, как ты не поймешь, меня Максим бросил!
- А вот с этого момента по подробнее, пожалуйста… И при чем тут зубная щетка?
- Ну, как при чем. Я с работы прихожу, ну как обычно, сразу в ванную – руки помыть, а там смотрю – его щетки нет. Понимаешь?
- Да, ничего я не понимаю. Говори уже…
Сбиваясь и захлебываясь слезами, Сонька продолжила:
- Мы вчера повздорили, ну я немножко вспылила и сказала что-то типа «Не нравится, можешь вещички собирать и к мамочке катиться». А сегодня с работы прихожу, а его щетки нет. Я в шифоньер – а он и вещи кое-какие забрал.
- Что значит «кое-какие»? – насторожилась я.
- Да свои, свои… Пару костюмов, рубашки к ним, ну, может, еще чего. Я же все не пересматривала, - завыла подруга. – Это конец, понимаешь. Он ушел, ушел…
- Ну, ты же сама ему предложила…
- Что? И это говоришь мне ты? Тоже мне, еще «лучшая подруга» называется, - запищала Сонька, и я услышала, как ее слезы барабанят по телефонной трубке.
- Ладно, не реви. Сейчас приеду, обо всем погорим. Ты только там в слезах не утони. Скоро буду.
Бросив трубку, я наспех впихивалась в курточку, соображая, чем я могу помочь своей подруге.

- Пожалуйста, побыстрее, - попросила я таксиста, назвав адрес.
- Что-нибудь случилось? – поинтересовался он, осматривая в зеркальце мой взъерошенный вид.
- Еще как случилось… От подруги муж ушел.
- Ну, разве это горе? Такое сплошь да рядом, - пожал плечами водитель.
- Все вы, мужики, одним миром мазаны. Что с вами разговаривать, - вспылила я, а про себя добавила – Сухарь.

Уставившись в окно, я наблюдала, как мимо мелькают дома и деревья, а у меня в памяти мелькали «сцены» Сонькиной жизни… Да-да, именно «сцены». Никогда не замечала, что у Софьи такой вредный характер, пока она замуж не вышла. Я все надеялась, что это обычная притирка, которая скоро пройдет, но прошел уже год…

Сколько раз я, как дипломированный психолог, пыталась наставить подругу на путь истинный… «С мужчинами так нельзя, они же, как дети, требуют особого внимания и заботы», - учила я ее, когда Сонька стала жаловаться мне на мужа.
«О чем ты, Сонечка? Какие намеки? Мужики, ведь, такого не понимают. Они же думают не тем полушарием, что мы. Так что ты, если от своего Максика чего-то добиться хочешь, говори ему конкретно, без всяких намеков, и желательно односложными предложениями. Причем не больше одной просьбы в день, иначе он тебя просто не услышит», - наставляла я подругу после того, как она плакалась мне в жилетку о том, что муж никак не реагирует на ее намеки о новой дубленки.
«Перестань его «пилить» по мелочам, - ругала я ее, когда она рассказывала мне об очередном скандале по поводу разбросанных вещей. – Лучше личным примером показывай, как надо, здоровей будешь».

Честно говоря, у ее Максима ангельский характер. Меня бы такими «сценами» она «достала» гораздо раньше. Но это между нами… Соньке я, конечно, ничего подобного говорить не стану. Зачем сыпать соль на рану? А вот как утешить подругу, над этим стоит подумать…

Софья встретила меня растрепанная, в неправильно застегнутом халатике, с красными глазами и опухшим носом. Этот несчастный вид вызвал у меня еще больше жалости к подруге. «Надо же гад какой, ушел без всяких объяснений, «по-английски»… Мог бы Соньке еще шанс дать», - стала закипать у меня злость на Макса.
- И с чего это меня вчера понесло? – Сонька сидела на диване, поджав ноги, и терла платком без того опухший нос. – Главное все, как обычно, было. Он после работы сразу за комп свой уселся, я на кухне ужин готовлю… Так нет же, надо было мне об его носки споткнуться… Вот тут меня и прорвало… Все ему припомнила: и что по дому не помогает, и что компьютер ему дороже чем я, и что подарки давно не делал… А когда он что-то там решил вставить в свое оправдание, я возьми, да ляпни: «Не нравится, собирай вещички и проваливай»…
«Это, конечно, было лишним», - подумала я, но промолчала.
- Ну что, неужели так трудно было понять, что я не в прямом смысле это говорила? – лупала глазками на меня Сонька.
- Ну, подруга, тебя учи не учи – все без толку…
- Да ты лучше скажи, что мне теперь делать?
- Можно в этой ситуации и положительные стороны найти. Вот, например, ты жаловалась, что устала от кухни… Теперь тебе не придется столько готовить, на диетку сядешь: творожок-кефирчик, фрукты-овощи – красота!
- А ты знаешь, какой мне Максик в ту субботу ужин при свечах приготовил? Вот это красота, а то – диета…
- Ну ладно, зато мы теперь с тобой по телефону «трещать» сможем сколько угодно. Ты же говорила, что он с тобой не разговаривает, только в компьютер пялится, да еще ворчит, что наши разговоры ему мешают.
- Да, пялится, зато живой человек в доме. А теперь я одна буду, знаешь, как одной в квартире страшно…
- А мы теперь с тобой чаще в театр ходить будем, девичники устраивать. И на этот футбол дурацкий он теперь тебя с собой таскать не будет…
- И вовсе он не дурацкий. Я уже привыкла, можно сказать, во вкус вошла. Это так заводит! А знаешь, какой у нас секс бывал после этих матчей?!
- Секс? Ты же говорила, что в этом плане у вас тоже проблемы были…
- Вот теперь, когда буду одна в постели, уж точно проблем не будет…
- Что-то я не пойму, ты чего на меня кидаешься?
- А ты чего? Тоже мне, психолог, нет, чтобы дельный совет подруге дать, как мужа вернуть. Может, мне у него прощенье попросить? А? Как ты думаешь, простит? А я ему пообещаю, что больше никогда, ни одного разочка, ни одного скандальчика. И носки его сама убирать буду-у, - затянула Сонька.

В этот момент в дверь позвонили. На пороге стоял безмятежный Максим.
- Соня, лапушка, что случилось? – кинулся он к опухшей от слез жене.
- Что случилось? А ты не знаешь? Сам из дома с вещами ушел, а еще спрашивает. Что за остальными шмотками пришел? – взъерошилась Сонька, глядя на пустую сумку в руках мужа.
- За какими еще шмотками? - недоумевал Макс.
- За такими, какие ты сегодня утром с собой прихватил.
- Ну, ты же сама вчера говорила, что устаешь от домашних дел, вот я и решил сдать кое-что из вещей в чистку. А что не надо было?
- В чистку да? А щетку ты тоже туда сдал?
- Какую еще щетку? – округлил глаза Максим.
- Какую-какую? Зубную!
- А, так она у меня сломалась сегодня, я ее в мусорное ведро выбросил. Да что тут вообще происходит? Ты что это из-за щетки ревешь что ли? – закипал Макс.
Сонька помчалась к мусорному ведру и достала оттуда две половинки зубной щетки.
«Ну, слава Богу, - вздохнула с облегчением я, - все образумилось». Но в этот момент в Сонькиных глазах блеснули подозрительные искры.
Быстро оценив ситуацию, она пошла в наступление…
- Так ты что это, новую щетку сломал? Я тебе ее только три дня назад купила. И ни какую-нибудь, а самую дорогую, - поставила руки в боки Софья. – От тебя одни растраты. А рубашки зачем отнес, деньги что ли девать некуда? Я их и сама постирать бы смогла.
- Но ты же сама говорила, что устаешь, вот я и решил…
- Он решил, а с женой посоветоваться нельзя было что ли? – набирала обороты Сонька.

Прихватив куртку, я тихонечко вышмыгнула на лестничную площадку. Моя помощь подруге была уже не нужна. А то, что у нее замечательный и, главное, очень терпеливый муж, я ей завтра скажу…

Сонькины печалиПроза

Сонькины печали
Проза