Ненавидеть намного проще,
Чем прощать, забывая прошлое,
Проще вспомнить недоброе, злое,
Чем найти, вспомнить что-то хорошее.
Только ненависть сушит душу,
Выжигает, как сено сухое,
Как огонь пожирающий рушит
И хорошее, и плохое.
Ненавидеть - быть пленником значит,
Быть рабом, цепями окованным.
Путь к свободе Христом оплачен,
На кресте висящим, оплеванным.
Путь к свободе - дорога прощенья,
Он единственный, нет другого,
Нужно только принять решение,
Вспомнить, что говорит Божье слово.
Очень трудно простить обидчика,
Отпустить, не искать отмщения,
Для кого-то это не трудно,
Для кого-то судьбы решение.
Отпустить, кто быть может годы
Сеял зло в твою жизнь и ссоры,
Ради собственной, личной свободы,
Чтобы сбросить с себя оковы.
Понимаешь, что это нужно,
Это просто необходимо,
И с мольбою взываешь к Богу,
Чтоб прощенье с небес приходило.
Если очень желать и молиться,
Открывать свое сердце пред Богом,
Ожидаемое осуществится,
Обретешь Божий мир и свободу.
Я пытаюсь найти ответы
На вопрос, самой жизнью поставленный,
Потому я пишу об этом,
Мы обязаны быть людям светом,
Пусть мир Божий будет ответом,
И прощенье наполнит светом,
Чтоб душа не была отравленной.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Роман в стихах, или Поэт и Изабель. - Артур Арапов В "Романе в стихах" написано об ожидании чуда и воплощении его в реальности. Можно назвать это мистикой, или фантастикой, так как в "Романе" присутствуют пророчества счастливых событий, с последующей чередой........ я и так много раскрыл:)
Поэзия : 3) Жизнь за завесой (2002 г.) - Сергей Дегтярь Я писал стихи, а они были всего лишь на бумаге. Все мои знаки внимания были просто сознательно ею проигнорированы. Плитку шоколада она не захотела взять, сославшись на запрет в рационе питания, а моё участие в евангелизациях не приносило мне никаких плодов. Некоторые люди смотрели на нас (евангелистов) как на зомбированных церковью людей. Они жили другой жизнью от нас и им не интересны были одиночные странствующие проповедники.
Ирина Григорьева была особенной. Меня удивляли её настойчивые позиции в занимаемом служении евангелизации. Я понимал, что она самый удивительный человек и в то же время хотел, чтобы она была просто самой обыкновенной девушкой. Меня разделяла с ней служебная завеса. Она была поглощена своим служением, а я только искал как себя применить в жизни и церкви. Я понимал, что нужно служить Богу не только соответственно, не развлекаясь, но и видел, что она недоступна для меня. Поэтому в этом стихе я звал её приоткрыть завесу и снять покрывало. Я хотел, чтобы она увидела меня с моими чувствами по отношению к ней и пытался запечатлеть состояние моего к ней сердечного речевого диалога, выраженного на бумаге. Но, достучатся к ней мне всё никак не удавалось.
